montrealex (montrealex) wrote,
montrealex
montrealex

Categories:

Все что нужно знать про Познера. To be continued.

Кембридж. Урок Владимира Познера или “Забудьте о добре и зле…”
carina cockrell_london

CARINA COCKRELL. Филолог, педагог, журналист, писатель.


Сижу я в уютной полутьме аудитории Кембриджского инженерного института и слушаю журчащий голос Владимира Владимировича Познера. Амфитеатр заполнен до последних рядов.

Он сразу говорит, что времени у него мало, и из Кембриджа обратно в Лондон он должен вернуться семичасовым. Понимаю: увы, на вопросы времени почти не будет…

Владимир Познер заявляет, что представляет здесь “только себя”, а не президента России или его оппозицию. Личное мнение частного человека. Тем более, что гражданств у него три – американское, французское и российское. Что ж, это интересно, послушаем.



Когда-то советский (а теперь российский) журналист почтенного возраста, здесь он по приглашению Русского Общества Кембриджа, основанного в начале ХХ века Владимиром Набоковым (тогда оно называлось Славянским), и в аудитории сидят студенты, можно сказать, полуфабрикаты этой “фабрики джентльменов” (и леди!), как, естественно, в самом хорошем смысле прозвали Оксфорд и Кембридж. Многие говорят по-русски, так или иначе связаны с Россией или с Восточной Европой, но есть и совершенно посторонние.



В Кембридже СССР оставил по себе память. В этой древней цитадели британской интеллектуальной жизни когда-то жили, учились и шпионили на КГБ Гай Берджесс, Ким Филби, Дональд Маклин и другие сливки английского общества, прокисшие от неосторожного попадания бактерий марксизма. Марксизм и СССР эти джентльмены-идеалисты любили, конечно, платонической любовью, продолжая носить соломенные канотье, не представляя себе, что у человека может не быть прислуги, устраивая пикники с шампанским на лодках – то есть ведя привычную жизнь британских коммунистов, несовместимую (над этим не задумывались) с суровоскулым марксизмом-ленинизмом, который теоретически казался прекрасным из отделанных мореным дубом кембриджских дискуссионных клубов, где безмолвные официанты подавали чертовски ароматный виски с лимоном…

Однако платонически не вышло. Захватывающее шпионское приключение окончилось вдали от родины, в московских двориках многоэтажек: на предмете платонического увлечения пришлось “жениться”, и реальность “супружества”, как это и бывает у идеалистов, оказалась бесконечно далекой от идеала. И все это несмотря на элитно-номенклатурный образ жизни, заботливую прослушку всех звуков их жизнедеятельности, питание из закрытых распределителей и регулярно подкладываемых сексуальных партнеров из рядов бравых сотрудников госбезопасности.

Похоронить себя горе-джентльмены (например, Берджесс) завещали на тихих кладбищах сельских церквушек дорогой родины, которую самое передовое вероучение, к счастью, обошло стороной… А цитадель Кембридж, как и положено цитадели, и это спокойно пережив, стоит себе над медленной рекой, все также наматывая серые шерстяные облака на веретена своих готических шпилей. “Шпили” и “шпионы”, между прочим, в английском – омофоны, звучат совершенно одинаково: “spiers” и “spies”.  Но мы замечтались и отвлеклись. Простите.

Так о чем нам будет сегодня рассказывать Познер?

Чуточку предыстории.

Его имя ассоциировалось у моего поколения с потрясающим новшеством.

Оно называлось “телемост”. Эдакий дедушка скайпа.

Тогда в наш просторный, теряющий герметичность вольер, чуть приподняв ржавые жалюзи “железного занавеса”, протиснули экран, на котором можно было увидеть настоящих, живых американцев, на фоне по-нездешнему красивого Владимира Познера – с той поры Нашего Главного Иностранца всея СССР…

Советским людям крайне редко попадали в руки роскошные издания, в которых в СССР 80-х годов работал Познер – на мелованной бумаге, с великолепными иллюстрациями: улыбки, изобилие товаров и услуг, мартены, комбайны, ракеты, золотые закрома прекрасно организованных колхозов и голубое небо – издания “USSR”/ “Soviet Life”, “Sputnik” предназначались не для соотечественников (ручонки убрали!), а для пропаганды “неоспоримых преимуществ” советского строя на Западе. Гордость за страну прекрасного полиграфического качества (как правило, финского!)- это все, что оставалось охлосу самой низкой ступени кормушечной иерархии, именуемой советским-народом-строителем-коммунизма, который в 80-е особенно креп и здоровел в продуктово-алкогольных битвах забытой ныне эпохи, когда “СССР еще был, но еда уже кончилась”.

Мой любимый британский комик Марк Стил говорил: “Ребята, я ничего не понимаю: вас отгородили огромной стеной от всего мира, сказали, что вы счастливее всех, но никого не выпускают посмотреть на несчастных… И что, ни у кого никогда не возникло никаких подозрений?!”.

Ах, дорогой Марк, родившийся свободным, ну как тебе объяснить. Первое, что отключают у людей в авторитарных обществах – это логику и причинно-следственные связи (причем испытуемые сами рады): так проще, так безопаснее, так не болит

“Со своими утонченными манерами, коммунистическими убеждениями и безупречным знанием языков – нью-йоркским английским и парижским французским – Познер постоянно мелькал на иностранном телевидении, оправдывая то, что, казалось бы, оправдать невозможно – подавление Пражской весны в 1968-м, вторжение в Афганистан в 1979-м и уничтожение корейского авиалайнера в 1983 году. Для многих за рубежом он стал самым узнаваемым лицом – и голосом – Советского Союза”, – пишет бывший глава московского корпункта Financial Times Джон Торнхилл.

Интересно, посмел бы он все это не оправдывать.

Такую потрясающую карьеру псу под хвост?!

Пропагандист нового типа, умеющий говорить с Западом на его языке, а уж для неизбалованных нас и вовсе свет в окне: никому еще не удавалось так умело обернуть тухлую тушку одобрямса в красивую, новенькую, почти заграничную упаковку! “Мама, я Познера люблю!”. Молодой, по-американски-улыбчивый, честолюбивый, смекалистый, обаятельный, с его почти неуловимым акцентом и аурой носителя более высокой цивилизации, да еще и верный идеям “развитого социализма”, обглоданным к тому времени до костей “супового набора”, Владимир Познер вызывал в позднесоветских гражданах приятные, странно обнадеживающие ассоциации и мысли о недоступном изобилии валютных магазинов “Березка”, увеличенной копией которых представал тогда в коллективном воображении весь Запад.

По закону жанра такой космический международно-карьерный запуск тогда никак не мог проходить без ведома тех “кому следует”, во всяком случае не с такой биографией и связями с заграницей, имея местом рождения город Париж, куда дедушка и бабушка по отцу выехали навсегда в 1922-м, проницательно смекнув, каким окажется повидлом это обещанное “светлое будущее”.

Наверняка в какой-нибудь “папке с ботиночными тесемками” на неприметной полке в одной известной организации содержалась вся подноготная семьи Познеров. И про маму-француженку, и про имя, данное мальчику при крещении в Соборе Парижской богоматери – Владимир Жеральд Дмитрий Дюбуа-Перде Нибуайе, и про бессчетное количество родственников в странах-стратегических противниках, и, уж конечно, про работу Познера-старшего в отделе русских фильмов военного департамента США (?), исполнявшего там кинематографически-разведывательные функции.

Познер-отец, как и кембриджские шпионы-идеалисты, попал в свое время под невыносимое очарование призрака, неспособного тогда еще найти себе в Европе могильный покой, не разорив на своём пути несколько стран. И именно эта призрачная ассоциация вынудила семью более поспешно, чем хотелось, покинуть Америку и поселиться в СССР, пожив предварительно в советской части Берлина, что, думается, немного смягчило культурный шок жены-парижанки и сыновей-американцев.

Коммунистической убежденности Познера-сына до самого 1980-го года, по его собственному признанию, не могло поколебать ничто. Даже тот факт, что из-за пятой графы, как повествуют биографические источники, Владимир Познер, блестяще сдавший вступительные экзамены в МГУ, чуть было не остался без высшего образования в справедливейшем из миров, но тут помогли отцовские старые связные… простите, связи. Как вы понимаете, в такой ситуации Владимиру Познеру нужно было оправдывать доверие “кого следует” и доказывать свою лояльность в десять раз усерднее остальных советских пропагандистов, вскормленных родным черноземом.

Это было нелегко, но он справился.

Итак, Кембридж, 2016 год. Начинает г-н Познер (естественно, на английском) с очевидной всем констатации факта, что отношения Запада и России сейчас хуже, чем они когда-либо были в истории. И начинается выяснение причин.

Не буду давать детальную расшифровку с переводом (есть аудиозапись для особо желающих), только изложу основные тезисы (курсивом). to be continued

Tags: Познер
Subscribe

Posts from This Journal “Познер” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments