montrealex (montrealex) wrote,
montrealex
montrealex

В ПОИСКАХ КОЭНА. ЧАСТЬ 4

Оригинал взят у sashizo в В ПОИСКАХ КОЭНА. ЧАСТЬ 4
Памяти Леонарда Коэна



ТАМ ГДЕ КОНЧАЕТСЯ ФРАНЦИЯ: На берегах Сен-Лорана

Для нижеследующего текста стоит добавить "... и Онтарио".

Эти путевые заметки о поездке в Канаду в 2009 г. я написал вскоре после события, иначе я мало что вспомнил бы сейчас. Но тоже довольно подробный рассказ о поездке в Торонто я опубликую с большими сокращениями. Дело в том, что там я встречался с родственниками. О своих делах и своей жизни я вправе писать что угодно, но частная жизнь других, пусть и родственников, должна быть неприкосновенной. Прайвеси, как говорится.

Оставлю я в основном те части повествования, которые посвящены поиску - но не Коэна, а четы Сунелл, моих бабушки и дедушки.

7. Оптимизм по-торонтовски

Смутно вспоминая центральную часть Торонто, виденную сквозь вечернюю январскую мглу двухлетней давности, я двинулся в направлении башни. NC Tower – до недавнего времени самая высокая башня мира – видна в центре столицы Онтарио отовсюду. То чего я не ожидал здесь увидеть – была стройплощадка, в которую весь даунтаун Торонто превращен сегодня. Очевидно, слухи о мировом экономическом кризисе сюда не дошли. Небоскребы растут не по дням, а по часам. Посещая подобные места, всегда думаешь о будущем. Стройплощадка – самое оптимистичное место в мире.

Как это место выглядело в 1920-е? Если даже как Рай, все равно бы снесли. Но в моем распоряжении было три адреса, которые, к счастью, находились, хоть и близко к центру, но не стройплощадке. Одно из них – на улице, где я зарезервировал место в хостеле.



Все же я нашел нужную улицу и пошел по ней.Теперь нужно было найти адрес хостеля, во-первых, и адрес биржи труда, во-вторых. Что за биржа труда, спросите вы? Центр занятости, или что-то в этом роде. Employment center – было написано на карточке, которая прошла сквозь годы лишений, преследований, войн, эвакуаций. Она сохранилась в семейном архиве. И сегодня я не скрываясь, могу назвать этот адрес – Church. St 149. Нашел я этот дом на следующее утро, а в тот вечер лишь прошел мимо, озираясь вокруг. Было видно, что большинство домов на той улице старые – начала прошлого столетия – и их могли видеть муммо и ваари. Мой дед умер в 1977 году, бабушка в 1993-м. Оба похоронены в Сортавале, где жили с 1945 года.

Если бы тогда, в советские годы, им сказали, что я буду прогуливаться по Church St., они бы не поверили. А сейчас я слышу: «Милая, ну что ты делаешь проблему из пустяка. Оставим коляску на backyard’e». Семейная пара мирно гуляет по улице, где когда-то ходили мамины родители, и разговаривает на русском языке с вставленными в него английскими словами. Слышал, что в Торонто – 100 тысяч русских. О наших соотечественниках бабушка никогда не упоминала. Зато много раз рассказывала, как испугалась негра. Она заходила в прачечную в подвал и вдруг нос к носу встречается с негром – бабушка испуганно вскрикнула, а когда поняла, что перед ней всего лишь черный человек, ей стало ужасно неудобно.

Устроившись в хостеле, я пошел гулять по вечернему Торонто. Поскольку у меня был куплен так называемый day pass (перед моей поездкой Саша навел справки по интернету – оказалось, что это самый выгодный вариант – что-то в районе 9 долларов карточка на все виды транспорта), а день подходил к концу, я решил воспользоваться метро. Выбрал наугад одну из станций на зеленой линии (Dundas) и оказался именно там, где и следует быть вечером в Торонто – на местной Таймс сквер, как тут же я про себя назвал эту площадь, находящуюся на пересечении улиц Dundas и Yonge и незамысловато в честь их и названную Yonge-Dundas Square. Огромные щиты неоновой рекламы покрывают все окружающие здания, и привлекают внимание многочисленных местных зевак и гостей города вроде меня.



26.10.2009 Понедельник

Я дошел до церкви, виденной накануне. Рядом – через дорогу от нее – огромное граффити на открытой парковке. За ней – небоскребы даунтауна. Я прошел по противоположной стороне улицы и нашел наконец-то дом номер 149, где когда-то был департмент трудоустройства. Теперь там некий Мухамед Юсуф (Mohammad Yousof Rug Company Inc.) торгует то ли коврами, то ли еще чем. Номер телефона указан, так что можно позвонить и уточнить. Итак, одно место, связанное с моими бабушкой и дедушкой было найдено. Разменяв деньги в ближайшем банке, я вернулся в гостиницу, где столкнулся нос к носу со своими родственниками.




Джейк спросил, что я хотел бы посмотреть в Торонто. Я попросил отвезти меня на Даглас Драйв 146. Это была моя главная «наводка» из семейного архива. В этом доме, принадлежавшем неким Бэлфор (Balfour), когда-то служила домработницей и по совместительству поваром (maid and plain cook) моя бабушка. Когда я упомянул эту фамилию, Джейк оживился: «Я знавал некоторых Бэлфор», – сказал он.

Он, действительно, знал полгорода. На одном из перекрестков Джейк показал мне район, где издавна поселилась итальянская община. Многие из них занимались строительством дорог, как и он, и, назвав одного из них, своего хорошего знакомого, он между делом упомянул, что у того когда-то останавливалась кино-звезда Джина Лолобриджита.




Найдя нужный адрес, Джейк охотно сфотографировал меня на фоне легендарного дома (при этом зачем-то даже лег на спину), пошутив, что хозяева подумают, что я хочу его купить. После этого старики отвезли меня на уже известную местную «Таймс-сквер» и отбыли к себе в Коллингвуд. У меня в запасе оставался последний адрес, имевший отношение к Анне и Пааво Сунелл. Довольно относительное, впрочем, - это фото-ателье на Queen St. West 387. Этот адрес указан на фотокарточке из семейного альбома. Улица начиналась недалеко от Toronto Eaton Centre, где меня высадили. Вначале ее – респектабельные здания вроде мэрии, прямо на тротуаре перед которой, однако, мирно спал бомж, экипированный всеми необходимыми спальными принадлежностями. В конце – в той точке, до которой я дошел по этой длиннющей улице – весьма подозрительные заведения.

В промежутке – статуя Черчиля, музей с высокой чугунной оградой – все это очень напоминает Лондон. К тому же играл волынщик в шотландской юбке. И тут же – батюшки – до боли знакомый высокий сталинский стиль небоскреба (с флагом и надписью «Canada Life») и перед ним монумент как две капли похожий на те, что в застойные годы возводили в Москве или Ленинграде. Кстати, по Королевской улице бегают красные трамваи, тоже вызывающие советско-российские ассоциации. Когда номера домов перевалили далеко за 300, я сообразил, что иду не по той стороне улицы. В этом районе начинается совсем уж крутая экзотика – по кирпичным стенам ползут многочисленные пластмассовые пауки, на одном из фасадов вывешен металлолом в виде ржавых остатков велосипедов, вентиляторов, лестниц и т.д. Авангард, одним словом. И тут же кричащий китч зазывающий в заведение, где делают татуировки и пирсинг. Это на главной улице. Удивительно другое: тут же в двух шагах, во дворах можно увидеть настоящее современное искусство граффити с цитатами из Гёте и очень достойные в художественном отношении картинки.



Паб, куда я зашел, главным образом, чтобы перезарядить видео-камеру, посещают завсегдатаи, у которых в середине рабочего дня почему-то оказалась куча свободного времени. Зайти в такое место – весьма поучительно. Твердо знаешь – вот теперь ты на самом дне. Один из клиентов, проходя мимо меня, представился Робин Гудом, и отчеканил «For your service, sir». По его возвращении, между ним и барменом, молодым парнем китайского вида, состоялась содержательная беседа. Примерно такого характера: «Shut up», - говорит мой новый знакомый. «Shut up yourself», - отвечает бармен. «Call the police», - находчиво рекомандует клиент, но работник прилавка этого делать не торопится. Конфликт сходит на нет сам собой.



Латиноамериканка примерно лет сорока подсела ко мне с задушевной беседой. Пытала, главным образом, по поводу тех стран, где мне довелось побывать. Еще никто так живо не интересовался моими путешествиями. Сама она два года как в Канаде, на легальном положении со всеми бумагами, что было особенно подчеркнуто. Имеет дочь двадцати с лишним лет. Жила в Майями и других городах США. Закончился наш обмен впечатлениями тем, что она, как и следовало ожидать, попросила у меня два доллара. Получив отказ, она присоединилась к своему другу, который обсуждал с только что вошедшим клиентом местную новость, касающуюся их общего знакомого, который  «killed himself», но при жизни был «nice guy». В общем, персонажи скорее из песен Тома Уэйтса, чем Коэна.

Когда моя камера зарядилась, я отправился в обратный путь. По дороге заглянул в местный чайна таун. Я был уже в гостях у китайцев в Ванкувере. Забегая вперед, скажу, что в среду я посетил китай-город в Монреале с Сашей Николаевым. Так что коллекция моих канадских чайна таунов была бы не полной, если бы не это случайное совпадение. Да и мой живот не был бы полон тоже. Я постарался найти наиболее аутентичный ресторан китайской кухни из многочисленных заведений на этом авеню, и сделал заказ официантке: первое и второе. Скромно, если учесть, что я не заказал салата и компота на третье. Далее следует то, что можно охарактеризовать известной обыденно-философской идиомой «Восток – дело тонкое». Девушка-китаянка мне говорит: "вам этого будет слишком много". Я ей поверил и ограничился супом. Съев его, я поверил ей во второй раз.    



После того как я двинулся по Queen St. West обратно, по уже правильной стороне улицы, найти нужный адрес не составило труда. В отличие от биржи труда на Church St., от фотоателье конца 1920-х ничего не осталось. Сейчас там находится магазин модной одежды “Katie” (www.newkatie.com). Сфотографировавшись возле него , я посчитал свою миссию по поиску следов маминых родителей в Канаде выполненной и направился на встречу с троюродным братом Майком.



Когда мы распрощались с Майком, до отправления моего автобуса оставалось время. Я вновь отправился на сверкающую огнями площадь Yonge-Dundas Square рядом с огромным универсальным магазином Eaton Centre. Там я скоротал оставшееся время в Хард Рок Кафе, на сайте которого пишут: "Торонто" на языке аборигенов означает "место встречи". Более чем подходящее название для одного из самых мультикультурных городов Северной Америки. И лучшее место для встречи - это Хард Рок Кафе.



На этом я прощаюсь с Торонто, а впереди у нас серьезный разговор о Монреале Леонарда Коэна.

Продолжение следует

Tags: Коэн
Subscribe

Posts from This Journal “Коэн” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments