montrealex

Qui pisse loin ménage ses chaussures

Тот, кто писает далеко, печётся о своей обуви


Previous Entry Share Next Entry
montrealex

Иняз уже не торт.

Вообще-то «альму матер» я не собирался посещать.

Хотел в библиотеку пойти. В публичную, где в студенчестве проведено так много времени…

Но она была закрыта и открывалась после ремонта только в воскресенье, а в понедельник я уже уезжал из Петрозаводска.

Потопал по ул. Пушкинской, благо дождя не было. Слева нарисовался педагогический институт или как он теперь называется. Университет.





Вижу, слева табличка. Дай, думаю, посмотрю. Посмотрел. Ну это - грёбаный стыд.
Чтобы иняз с физвосом оказался упомянут рядом - это дно! Хорошо хоть на первом месте на табличках.
Физвос мы презирали и в грош не ставили.  Это были дубы и гопники.

IMG_0643

На входе – цербер и турникет. Намного лучше, чем в «Эхе Москвы». Даже если сторожу прыснуть в глаза, то турникет не откроется. Можно, впрочем, перескочить через барьер, но мне-то зачем? Я никому горла резать собираюсь.
Спрашиваю, нельзя ли посетить выпускнику сорокалетней давности. Можно, если есть документ. Имелся при себе. Российские порядки знаем. Записали фамилиё в книгу.

Пошел смотреть.

Теперь это всё называется «Институт». При мне Институтом (Карельским государственным педагогическим) были два здания - нижнее, на ул. Пушкинской, там был естественно-географический и другие факультеты, а мы учились на центральном проспекте столицы Карелии.

IMG_0669

Мы учились и жили в одном доме. Вот в этом. Слева было общежитие, на этаже помеченном более темным коричневым цветом. Сразу за рекламным стендом виднеется окно третьей комнаты, где мы жили вчетвером - Я, Серж, Андрюша Каява и Эйнар Сюзмяляйнен.
На моего друга Сержа однажды ночью летом, когда мы открывали для проветривания окно, упал пьяный мужик с проспекта Ленина. Прямого в его койку.Сюрприз, чо.

Справа учебный корпус.

На первом полуподвальном этаже – столовая (где мы устроили однажды бойкот столовой тошниловке). Был большой переполох в партийных кругах. Иняз обвинили в подрывке идеологии.

На втором – библиотека, на третьем, актовый зал, где однажды пел лишённый голоса и, мягко говоря, неприличный покойничек Дин Рид.
Я присутствовал, чо. Молодой был... На снимке Дин с тоже, увы. покойной деканом иняза Мейми Севандер.



Теперь институт сморщился. Усох невероятно. Вот он весь. Справа и слева - по паре аудиторий. Кабинет с компутерами видел. Прогресс, чо.

IMG_0652

Я не знаю, сколько студентов сейчас на инязе, знаю только, что в моё время было легко посчитать: 20 человек на каждом отделении: французском (где я учился), английском и немецком. То есть 60 рыл. Всего курсов 5, значит 300 человек одновременно учились на инязе. Учителей в республике всё равно не хватало, потому что самые умные учить оболтусов английскому и прочим двум языкам не спешили.

Оседали в столице или уезжали ещё куда.

Когда я фотографировал вот эти объявы, в дальнем конце коридора промаячили Эрнест Цыпкин и Наталья Токко. Она - вроде, декан иняза сейчас. Цыпкин мне в поставил тройку по страноведению. Я не ответил на вопрос про промышленность Ла Рошели, они, гады, там, оказывается, вагоны для марсельского метро клепали. А мне нужен был красный диплом, поэтому страноведение я старому (уже тогда, в 1978 году) Цыпкину пересдавал в холле гостиницы "Северная", где Эрнест закусывал с немцами. Четвёрку он мне поставил. Стрёмно то, что когда я провёл потом в 1991 году дней 10 в Ла Рошели, вагонов там, вроде уже не делали. А видеорепортажей про промышленность города я наделал по самое не хочу.


Эрнест Цыпкин.

Потом Токко с какой-то женщиной, надо полагать, преподом прошли мимо, я среди них никакого интереса не вызвал.
Они среди меня – нон плю.
Ну что я должен сказать? Отделения французского языка больше нет. Оно слилось с немецким и немцы взяли верх. Ни одного французского следа нет и близко. Карта Франции? Ублийе.
Коля Егоров - зав кафедрой французского - на пенсии, Наталья Мельникова в могиле.
В 2005 году имел глупость читать на факе лекцию про квебекский вариант французского, правда все ещё были на Ленина 29...

IMG_0647

Почётные грамоты и письма выданы тому же Цыпкину какого-то рожна висят на всеобщем оборзении.
Предполагается, что студиозусы должны опписаться от радости за него теперь или как?


IMG_0648


Преподаватели?
Знакомых – с гулькин член.

Борзова Лена (выпустилась курсом раньше меня и вышла за Толю Борзова, многообещавшего кагебешника, все хрустальные мечты которого Перестройка спустила в унитаз). Не знаю чем сейчас Борзов занимается - совершенно неважно.


IMG_0644

Вадим Павлов имеется в спиське.

IMG_0645

Выпустился через несколько лет после меня. Какой он преподаватель – не знаю в упор.
Знаю только, что завалил мою дочь на вступительных экзаменах в этот ВУЗ (за что я Вадиму очень признателен, иначе бы всё сложилось по-другому, и дочь не работала бы в правительстве штата Вашингтон в его столице).

И это – всё!

Никаких больше финских фамилий типа Хюрскюлуото, Куусиниеми или, там Сярки с Севандер (ну эта, последняя, шведская, впрочем). Никаких носителей языка anymore.

На инязе преподаёт какую-то педагогику моя однокурсница Наташа Ильина (нет, она хорошая «девушка» ей уже за 60), но защитила диплом по, вынимание, «коммунарскому движению в Карелии!» По французскому твёрдая троешница все пять лет. Офигеть можно…

Как и в то время, когда я учился, 80% зависело от студента - кто хотел, тот знания получил.

Когда в 1986 году (я на карельском ТВ работал), из Дулута, Миннесота, приехали первые американцы, с которыми стало возможным общаться неформально, дома, в квартирах, свободно гулять с ними по улицам, один из них спросил студента старших курсов - сколько времени тот провёл в Америке. Потому что студент говорил по-английски бегло и ... с американским акцентом. Так и не поверил, что бедный вообще никуда не выезжал за пределы совдепии. Выучился, используя то, что было в нашем распоряжении - катушечные магнитофоны да учила его, наверняка, американка Мейми Севандер.

Сейчас, понятно, возможностей для общения на языке у современных студентов куда больше, чем у нас в нашу бытность, когда мы сумели пообщаться один раз с американцами из Огайо и другой – с французами из Ла Рошели за все пять лет обучения.

Причём под неусыпным взором искусствоведов в штатском и стукачей из своего брата – студента.

И всё же немного грустно. Иняз (карельский) уже не торт. Се ля ви.


  • 1
Интересно, спасибо! Вспомнила молодость. Я тоже на Инязе училась(англ.), в Ярославле. Троечники как раз преподавателями и становились:))

Интересно, спасибо! Вспомнила молодость

Пожалуйста. У нас среди парней считалось западло не сдавать язык на пять. Только два парня из примерно 10-15 имели тройки. Один стал кагбешником, другой - министром.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account