?

Log in

No account? Create an account

montrealex

The Best Live Journal in Montreal and Canada

Жизнь слишком коротка, чтобы пить плохие вина.


Previous Entry Share Next Entry
montrealex

Почему российское телевидение почти молчало о серийной поножовщине в школах?

Об этом хорошо сказал критик Юрий Богомолов. Но сначала - подводка к тому, что он сказал. Она будет довольно длинной, если не понравится, пропускайте.

В далеком 1982 году, кажется весной, типа в марте, Карельское ТВ отправило меня, новоиспеченного старшину запаса (я уволился из армии, служил полтора года в Москве, в конце октября 1980-го, а в декабре уше работал на ТВ) на месяц, на курсы "повышения квалификации" в Москву.
В Останкино и на Шаболовку. Так мы и мотались: день туда, день сюда.
Хорошее было время, хотя, конечно, квалификации никакой я не повысил. Хотя бы потому, что условия, в которых находились московское и областное ТВ были небом и землёй.
Например, лимит плёнки для съёмок у нас был один к трём, потом его срезали до одного к двум. То есть оператор снимет, условно, 9 метров,  то три метра из них можно накроить, если брак, плохо проявлено или нерезко, а на этих курсах мы читаем, например, в одном сценарии: "Для съёмок понадобился лимит синхрона (плёнки со звуком) 1 к 24!
Или на полтора часа вещания в месяц на каждого редактора давалось семь минут синхрона и 15 минут плёнки. То есть если ты ехал в командировку, то мог сделать одну получасовую передачу, пусть не всю на плёнке, но всё же, это было кое-что, а другой час у тебя головы в студии разговаривали.
Месяц мы провели с огоньком. Фотографий того времени у меня было достаточно, но почти всё потерялось. Сохранилась только одна ч/б негативная плёнка, которую я сканировал уже в Канаде. Карточки были сделаны у знакомого Юры, который служил в Карелии и познакомился с моим другом Колей Корпусенко,  покойным уже 15 лет как. Мы завалились на дачу вчетвером: я, Коля, один хмырь из МГИМО, ставший после Крыма ватником (не он один, далеко не один из знакомых), и живущий в Хьюстоне, Техас (не хочу, как Путин Навального, упоминать его имя - противно), и какая-то москвичка, Колина подруга на тот момент.
В шинели Юры, ефрейтора запаса, мы и снимались, дурачась. Использовали и другие предметы гардероба, имевшиеся на даче. Снимки я не обрабатывал, ни к чему, архивный материал, ценности особой ни для кого не представляет.
Для меня - да. Напоминаю, что ЖЖ - это журнал, дневник, лытдыбр
Untitled-1 ЮраUntitled-1Untitled-3

Юра                                                                             Коля                                                                         Я

Untitled-6Untitled-12Untitled-13


Я                                                                                 Коля                                                                          Снова я. Надо же - и тогда был сам с усам.

Прикольно, оказывается с нами была гигантская муха! Я совершенно забыл. Она была сделана из какого-то тяжелого металла и служила типа пресс-папье.

Untitled-9

Причём мы тогда, у меня хорошая память, на всех выпили бутылку сухого. И всё равно было весело. Только холодно ночью...

Ну да ладно, перейдём от мух к нашим баранам. То есть к Богомолову. Дело в том, что тогда перед нами выступали многие без дураков знаменитые уже в ту пору люди. Я хорошо запомнил режиссера КВН Ворошилова, ребят из Литературки, помню Юру Роста, запомнилось посещение музея Эйзенштейна с Наумом Клейманом в качестве экскурсовода для пятерых, кажется, нас. Я тогда переводил Науму что-неприличное с французского с открытки, написанное рукой Кики с Монпарнаса.
Запомнились театры, один раз я был на "Горе от ума", где играли Папанов и Миронов.
Нам показывали ещё не шедший в прокате "Остановился поезд" и, по-моему, так и не вышедший на широкие экраны фильм Прямой репортаж о смерти La mort en direct

Так вот, выступал и Юрий Богомолов. Говорил что-то дельное, хорошо помню, но что - не помню. Слушали, разинув рты.



Почему государственные телеканалы так скупо говорили о самой горячей новости минувшей недели — о серийной поножовщине в школах?

Сообщения о нападениях в школах шли с большим опозданием пятой или шестой новостью информационного выпуска, и уже после того, как они становились достоянием соцсетей. Примечательно и то, что жадные до скандальных сенсаций шоумены-грифы Малахов и Борисов вовсе не заметили их.

С другой стороны, если подумать, гораздо удивительнее было бы, случись все наоборот: первой новостью на федеральных каналах стало бы не купание президента в ледяной купели и не «движение вверх» отечественного кинематографа, а романтики ножа и топора, терроризирующие школьников и учителей.

Ларчик в данном случае открывается довольно просто:




умолчание о событии, не вписывающемся в официозную картину мира, — такой же прием пропаганды, как передергивание фактов, их подтасовка, их выдумывание и просто циничное вранье. И, к слову сказать, весьма распространенный прием. В советское время он был особенно эффективен по причине отсутствия интернета, присутствия глушилок и жесткого партийного контроля за всеми СМИ.

Ответ известен: усилить охрану, блокировать интернет и обязать всех школьников посмотреть фильм «Движение вверх»

Теперь посредством массированной пропаганды возведена стена стойкого предубеждения против Запада. Там, на Западе, сгущаются тучи угроз и негатива. Россия — территория света и добродетели, по версии федерального вещания. А то, что не слишком светло и, даже наоборот, зловеще, подлежит замалчиванию. Так в федеральном эфире и образуются черные дыры.

Одна из них — «Навальный» и его оппозиционная повестка. Другая — процесс над Серебренниковым и его товарищами. Третья — пыточный характер судопроизводства в отношении Никиты Белых. Наконец — подростковый терроризм.

Откуда же он взялся? И что с ним делать?

На первый вопрос нетрудно предугадать ответ госмужей: конечно, от Запада и был инфицирован в нашу действительность посредством интернета. На второй — тоже: усилить охрану, блокировать интернет и обязать всех школьников посмотреть фильм «Движение вверх».


Господин ТВ является к нам в дом в интересном прикиде: без трусов, но с крестиком

К слову, по поводу этого триумфального «Движения». На «России 1», причастной к созданию оного, шоу Малахова пышно отпраздновало патриотическо-коммерческий успех фильма. В праздновании, однако, нельзя было не заметить свои черные дыры. Здесь фигура умолчания коснулась того обстоятельства, что сборная СССР обыграла сборную студентов США, а не сборную профессионалов. В спортивном отношении то была славная победа, но праздновать ее всей страной со слезами радости на глазах как геополитический подвиг государства — это, пожалуй, слишком. Тем более что само государство, как известно, с главным героем этого сражения Александром Беловым поступило безжалостно: за какую-то ничтожную контрабанду лишило его звания заслуженного мастера спорта, изгнало из сборной и тем самым сильно сократило ему жизнь. Он умер двадцати семи лет от роду.

Вранье пополам с умолчаниями — таков основополагающий принцип работы федерального ТВ на сегодняшний день. Его репертуар еще сдабривается изрядной желтизной. Избегая темы кровавой резни в школах, и Первый, и Главный («Россия 1») каналы наперегонки спешили поведать подробности изнасилования недавней школьницы Шурыгиной.

Господин ТВ является к нам в дом в интересном прикиде: без трусов, но с крестиком.

А в нашем доме кипит рознь. В одном углу — социальная, в другом — идеологическая, в третьем — этническая. И наконец, межпоколенческая.

Последняя — самая бесчеловечная. И потому самая губительная. Дети против отцов. Ученики против учителей.

Школа, пожалуй, самый чувствительный общественный институт. Он первым реагирует на прогрессирующие болезни в обществе

Эта война не вчера началась. Сводки с ее фронтов можно было услышать в фильмах Валерии Гай Германики «Все умрут, а я останусь» (2008) и «Школа» (2010). И в недавнем «Ученике» Кирилла Серебренникова (2015). «Нелюбовь» (2017) стал еще одним криком отчаяния, который многие сочли ложным.

Школа, пожалуй, самый чувствительный общественный институт. Он первым реагирует на прогрессирующие болезни в обществе. Так было в середине прошлого века, когда оживший советский кинематограф выплеснул на экраны страны, можно сказать, цикл фильмов о школьниках: «А если это любовь», «Звонят, откройте дверь», «Друг мой Колька», «Не болит голова у дятла», «Ключ без права передачи», «Доживем до понедельника», «Пацаны», «Дневник директора школы», «Сто лет после детства» и т. д. Все они с разной степенью активности рефлексировали по поводу равнодушия и двуличия взрослых, фальши гражданских деклараций. И все трудности взрослого общежития того времени аукались в душах подростков. Чьи-то души закалялись, чьи-то необратимо корежились. Вспомним «Плюмбум» и «Курьера». Оба фильма датированы 1986 годом. Жестокость и цинизм отцов доставались по наследству детям. И росло напряжение в отношениях между поколениями. И закручивалась спираль вражды. Фильм «Маленькая Вера» (1988) прозвучал как вопль отчаяния перед надвигавшейся катастрофой.

В постсоветскую пору, пока страна жила относительно благополучно на газонефтяную ренту, противостояние двух миров было не столь враждебным. Ну, коррупция как норма, ну, лицемерие как общепринятый формат жизни — ко всему этому вроде бы притерпелись. Но вот была развязана телевидением кампания ненависти к Украине и к Западу, и в атмосфере страны сгустилась иррациональная злоба. Она и послужила триггером той агрессии, которую сегодня мы обсуждаем.

Сегодня кино кончилось. Мир подростков нанес ответный удар. Как водится на Руси, жестокий и бессмысленный.

Мир взрослых зовет на помощь хорошо вооруженных охранников и высококвалифицированных психологов.

Чтобы что? Чтобы поставить мертвому припарки?

  • 1
да нормально говорили. по всем новостям. или нужно было приставать ко всем пострадавшим детям и тащить их в студию. все ж не шурыгина

или нужно было приставать ко всем пострадавшим детям и

Я не смотрел, естественно, как говорили. Но многие умные люди отметили, что освещали явно недостаточно по сравнению с той же шурыгиной.

Чтобы взрослым было не страшно заглядывать обратно в школу.

Профессор МГИМО Валерий Соловей о том, почему в последнее время происходит обострение насилия в российских в школах и есть ли связь между трагическими событиями в школах Перми, Улан-Удэ и Челябинска:

"Я думаю, что причинно-следственной связью они никак не связаны. Но есть (и он хорошо известен и криминалистам, и психологам) эффект подражания. То есть некое яркое событие вызывает желание ему подражать. Я думаю, что мы и по жизни это знаем, и по моде. А что касается причин этого явления и почему это происходит сейчас, мне кажется, всё, к сожалению, очень просто. Школа — это слепок нашего общества. Если вы живете в обществе, где много нищеты и бедности... Россия — это сейчас страна бедных, где бесправие и где люди находятся в очень плохой психической форме... То вы не должны удивляться вспышкам агрессии немотивированной. Это неизбежно будет происходить, к сожалению, с нарастающей частотой. И школа — это очень благоприятное место, потому что бесправны и ученики, и учителя. Они социально задавлены (учителя), мы это прекрасно знаем. Есть, конечно, хорошие школы, но в целом система школьная — она дефектна. <...> ...к нищете и бедности, и к бесправию прибавляется вот это вот полное отсутствие перспективы. Будущего нет. И это массовое ощущение.

― То есть дети это понимают?

― Они просто реагируют на это острее. И если старшее поколение вздыхает и говорит: «Ну хорошо, не жили, нечего и начинать. Мы помним, и не такое было», то есть притерпелись, да? То эти не понимают, почему они должны терпеть, и они протестуют. Да, в таких уродливых формах.

― Как в анекдоте, да: «Здесь не прокладку надо менять, а систему».

― Да, «а систему».

― Я думаю, что мы предполагаем, что будет сделано, что будут усилены меры безопасности в школах.

― А как их усилить? Ну не один охранник, а два?

― Будут лечить онкологию зеленкой. Йодом, зеленкой и касторкой, как обычно. Конечно, это не поможет и даже инвестировать в это сейчас бессмысленно, поскольку школа как социальный институт — она не представляет себе своего целеполагания. У нее нет, что она должна делать, кого она должна воспитывать. Это первое. И второе, это очень важно. Понимаете, если дети недоедают (и это чистая правда), их поведение неизбежно будет агрессивным. Голодный человек никогда не сможет быть добрым. А у нас недоедает значительная часть населения в России. Или она ест то, что едой трудно назвать. Россия — это страна бедных. У нас исчезает, практически уже исчез средний класс. И вот, снижение доходов, которое продолжается уже четвертый год, — такого длительного снижения доходов не было в те самые пресловутые 90-е годы.

https://philologist.livejournal.com/9989685.html

Edited at 2018-01-23 08:06 am (UTC)

Но есть (и он хорошо известен и криминалистам, и психол

Да. Эффект такой присутствует. И с ним ничего не сделаешь.
Он сейчас сойдёт на нет, потом подразят чему-нибудь другому.
Но журналисты ОБЯЗАНЫ отражать события.
Это их работа.

  • 1