May 24th, 2010

Выходные ещё не кончились!


Отчёт о том, как я провёл длинный трёхдневный выходной (24 мая у нас в Квебеке праздник, который называется «День патриота», а в РОКе (Rest of Canada) – День Виктории (говорят, была такая английская королева), был бы неполным без упоминания того, что ещё в среду 19 мая мы решили купить на ужин бутылочку новозеландского вина Киви бэй.

В пятницу 21 мая вечером отмечали пятницу кануна длинного выходного и первый выход на балконную трапезу, никак нельзя было обойтись без бутылочки сухого юго-восточно-австралийского вина Сеттлерз Коув под филе камбалы с салатом. 

На балконе было свежо, что не помешало нам снять видео минут на 7 (после монтажа). Публиковать его я не буду, так как годится оно только для личного архива. Даже пока и не монтировал.

В субботу 22 мая поехали с утреца в наш любимый магазин «Костко» и сдали взад домашний кинотеатр «Самсунг».

Претензии к нему по большому счёту две – беспроводной узел работает с перебоями, надо всё время настраивать, если переходишь с радио на видео или ТВ, кроме того, поскольку предназначен к установке за спиной смотрящих кино, то располагается близко к голове, а мотор вентилятора у него шумит, что сильно мешает. Шумит и вентилятор ценрального устройства. Пока, в общем, решили взять просто хороший ДВД, может быть Блю Рей (он проигрывает и ДВД, естественно), ну, а если возьмём домашний кинотеатр, то точно без беспроводного устройства. Чем хорош наш магазин, что через два месяца можно приехать и просто сдать. Можно сказать, что не понравилось и всё.

Поэтому в отместку купили чугунный стол на балкон в том же «Костко» В столе есть дырка, в которую вставлен был свежекупленный зонт, ну а поскольку всякую серьёзную покупку полагается обмыть, то прикупили там же и бутылочку американского (не калифорнийского) вина Частная Коллекция Хай Пик Резерв

В середине подготовки ко второй части приёма пищи на балконе зонт, под порывом ветра,  улетел вниз с нашего третьего этажа под дверь гаража. Пришлось бежать и вызволять – хорошо хоть никто не выехал с гаража в это время, иначе задавили бы бедного зонтика. Ничего, слегка погнулись пара рёбер, но были выпрямлены и зонтик закреплён изолентой. Было снято видео обо всём этом – публиковаться тоже не будет. Никому кроме нас со Светиком это не интересно.

В воскресенье эпопея с возлияниями и приёмами праздничной пищи была продолжена в Бленвиле, это 30 км + от нас куда наши друзья пригласили на барбекю-шашлык. Там выпили по паре мексиканского пива «Корона»  и бокал опять же австралийского вина с кенгурой на бутылке (очень хорошо знакомого). Второй раз в жизни вижу (оба раза в Квебеке) как красное вино подают из холодильника. Аберрация, чо. Иллюстрация того, как далеко квебекцы ушли от французов в своих обычаях. Люди, впрочем, очень душевные, приветливые и гостеприимные – он квебекуа, а она – русская, с которой я познакомился ещё в 2005 году вследствие прочитки лекции на тему Квебекского языка в родном педунивере в Петрозаводске, впрочем, это отдельная история, которая здесь ни к чему.

Ещё раз порадовался за свой выбор жилья рядом с работой. Хозяин дома в Бленвиле рассказал, что для поездок на работу в одну сторону тратит 30 минут, если нет трафика, и не меньше часа, если он есть. По его же словам, хотя он выезжает в 6 утра, автодорога уже блокирована в это время. В 7 и 8 это просто многокилометровая автостоянка, из которой не отлучишься пописать, не говоря уже о чём-то большем. То есть минимум час каждый день потерян для жизни и осложняем стрессом, потому что о вежливости на дороге в такие моменты самые воспитанные люди склонны забывать. А о «дорожном бешенстве» как раз склонны вспоминать. А я трачу на ходьбу на работу 20-25 минут всего в день при том, что хожу 4 раза в день – я обедаю ВСЕГДА дома. Иду мимо виноградной изгороди, луга с одуванчиками и ручейка, который наполняется, бурлит и буреет после дождя, но потом успокаивается, светлеет как слеза и мирно журчит перед входом в трубу, чтобы вынырнуть через полкилометра и впасть в реку Сен-Лоран.  То есть я иду и радуюсь жизни, а 90% коллег ЕДУТ и эту жизнь втуне проклинают. Помножить выигрыш во времени на 9 лет, что я работаю на одном месте – вот тебе и месяцы, выигранные у бога, в гости к которому не бывает опозданий.

Но это уже – философствования и отвлечённые абстракции фантасмагорий на тему повседневного модуса вивенди, проще говоря. Речь-то шла о том, что три выходных ещё не кончились и может статься, что мы выберемся ещё и на велосипедах после приборки квартиры, стирки и сварения супа женой на следующую короткую неделю.

Добавлю ещё, что только что помыл машину прямо в гараже, там можно присоединить шланг. Внутри машины тоже прибрался, может быть впервые за пять лет, что она у меня - это говорит о том, как я отношусь к машине. А вот так - ездит и хорошо, перестанет ездить, отдам в лом и куплю другую. Но, говорят, что Тойота Королла практически машина неснашиваемая. Проверим. На счётчике уже двести десять тысяч км, а она бегает, как молодая. Преимущество старой машины - копейки за её страховку - примерно 20 долларов в месяц. 

На великах мы всё же прокатились со Светиком, только я забыл батарейку к видеокамере, хотел поначалу вернуться (мы недалеко отъехали), а потом решил плюнуть на это дело и не париться. Народу на канале Лашин и по берегам озера Св. Луи - мильён. В чистой воде ходят среди водорослей всякие рыбы. Завтра обещают опять под 30 тепла, так что после работы, может быть, снова прокатимся (это будет зависеть от Светика, как она, устанет или нет после учёбы: я -то точно на работе не устану, проверено многолетним опытом).  Тогда я и покажу вам рыб разных, действительно там есть такие, которые годятся в аквариум - плоские и полосатые с голубым отливом.   


ПЕТРОНЕТ.Как это было 20 лет назад. Часть Третья.


Много можно было бы рассказывать о том славном периоде работы на самого себя и работы, которая к тому же выполнялась с превеликим удовольствием. Только вот тема эта настолько необъятна, что потребовалось бы несколько десятков страниц. Теперь же нужно сказать о том, почему затея с «Петронетом» не получилась, по большому счёту, в отличие от «Ники». Единственно и только потому, что у Петронета:

а) – не было лидера типа Мазуровского,                                                                                                б) – не сложилась команда единомышленников.

На «Нике», на мой взгляд, тоже команды не было, в конце концов такие профессионалы, как Никулин с Захаровым оттуда ушли, но там была сильная личность – Андрюша Мазуровский, который тащил «Нику», как таран, за собой. Потом я имел с ним дело и с переводами и даже соорудил ему фильм к юбилею карельской связи году в 1995 – в деловых качествах его сомневаться не приходилось. Гвоздев же был совершенным, никчемным ничтожеством и в конце концов тоже команду разогнал, потом бесславно ушли и его, совсем недавно «Петронетом» поуправлял деже некто Мешков, совершенно гнуснейшая личность, гнобившая меня по комсомольской линии как неактивного комсомольца (что было то было). Потом он резко поменял взгляды, как флюгер, и в дни путча громче всех орал, что он за демократию. Света Пушкина в штанах, блин. Теперь вот этот рождённый мною в муках «Петронет» докатился до престарелого Тольского. Логический конец всему.

Если бы в конторе тогда сложился бы «коллектив», как говорили при советах, то они могли бы вытащить дело даже вопреки гнусно пассивному Гвоздеву. Но... первым, как я уже говорил, отпал Юшков. Потом свалил Савинский. Потом Фёдоров, потом Чуваров. Дольше всех оставался Вася Завадецкий со своей молодой супругой, 15 летразницы в возрасте – не шутки. Но и он ушёл года два назад, если не ошибаюсь, совершенно расплевавшись с Гвоздевым.

На первом же этапе надо было, на мой взгляд, агрессивно «кабелировать» город. Возможности такие были. В 1991 или 1992 году какие-то субподрядчики из Питера предлагали опоясать медной проволокой весь старый город плюс район Октябрьского проспекта. Петронет и Ника поделили город условно по реке Лососинка. Плюс Ника оторвала себе жирнющий кусок – Древлянку с новой застройкой, где кабель тащить было намного легче, чем в старых кварталах. Наш прославленный экономист Чуваров в ответ на это совершенно замечательное предложение питерцев ответил, что, мол, как же, ведь для этого надо брать кредит,  аж под ... 15% годовых! А чем потом расплачиваться? Да абонентной платой с десятков тысяч абонентов и расплачиваться, пень ты экономический! – ответил бы я и хор мальчиков и Бунчиков, совсем не соображающих в экономике... если бы знал, что такой разговор состоялся. Узнал-то я об этом наааамного позже, когда все поезда ушли.

Кстати, Чуваров свалил очень быстро в тот самый «Текобанк», где стал уже сам раздавать кредиты, правда уже не под 15%, а под 100 и даже 150% - такая в те годы была инфляция и доллар стоил 700 рублей, по-моему. Но ему уже было «чем хуже, чем лучше».

Помню ещё очень хорошо, что на пятилетии «Текобанка», где бесплатное вино лилось рекой, я спросил одного из двух отцов – основателей «Петронета»:

Андрей Андреевич, в чём причина охдаждения вашего банка к нашему предприятию?

«А ты что, не в курсе?» (у них, у «начальства» было всегда принято тыкать, но я не гордый).

«Нет, абсолютно нет»

«Да потому что твои коллеги, Гвоздев в первую голову, вместо того, чтобы брать кредит у своего учредителя (что, конечно, логично во всех отношениях – моё прим.) взял его у «Промстройбанка».

Опять деталь, о которой я ни сном, ни духом, потому что занимался творчеством, руководил рекламой и программами. А коллеги потихоньку гнали моё детище «Петронет» в тупик.

Причём совершалось это всё как-то гаденько, за моей спиной. Гвоздев, некоторое время после того, как я прямо спросил его, почему он так расплевался с Нежельским и получил в ответ какое-то неясное бормотание, видно смекнул, что вопросы я буду задавать и впредь неудобные. Он каким-то фертом подбил меня на то, что я отказался от поста директора программ и стал главным редактором – эта смена подозрительно быстро была оформлена в моей трудовой книжке и я даже не понял сразу, в чём суть этого манёвра, да и не интересно мне было – главный редактор, так главный редактор. Обставлено это было так, что мол, ты работаешь на износ, надо тебя разгрузить. А им надо было лишь, чтобы я не входил в совет директоров и не приглашался бы более на собрания, где решалась судьбы фирмы. Впрочем, я и так не слишком туда стремился – эти собрания мне казались тратой времени.

Но моё терпение кончилось, когда мне в «помощники» записали некоего Валентина то ли Крупицу, то ли Курицу, то ли Тупицу, сейчас уже не помню, помню, был такой обрюзгший тип в мешковатых вечно одеяниях словно всегда с бодуна и и взглядом мимо тебя, как голубой воришка Альхен. Он стал резко зачем-то ездить за программами в Москву, до этого я сам ездил за фильмами в Питер, вести какие-то переговоры о программном обеспечении, после чего я не выдержал и спросил Гвоздева: «А это что за фрукт тут нарисовался?»

По своей гнусной привычки всё время что-то таить, гвоздь без шляпки стал объяснять опять же, что мне тяжело, нужно меня разгрузить, вот он и взял его на работу. Товарищ проверенный, вместе служили на Радиозаводе.

«Ну а журналистский опыт – то у него какой?» - поинтересовался я.

«А, он был редактором многотиражной газеты нашего Радиозавода.»

Ну да, это, конечно, обалденно ценно. Газету этого секретного предпритяия оборонки нельзя даже было выносить из стен забора!

«Ну ладно, - сказал я тогда – пусть месяцок-другой постоит у меня за спиной, когда я монтирую и озвучиваю, поездит на съёмки, потом видно будет.»

Как всегда, гвоздь согласился, но вместо того, чтобы смотреть и учиться, тупица-крупица-курица залез по самые уши в сферу моего безраздельного до этого внимания и принялся руководить моими подчинёнными, о чём подчинённые, конечно же, тут же доложили и пожаловались. Дошло до того, что они перестали при нём говорить вслух на какие бы то ни было темы.

А тут как раз случилась получка, которуя я, вообще-то рассматривал как какой-то смешной довесок к основному своему заработку на рекламе и заказных фильмах. В принципе мне было пофигу, за какую сумму расписываться в ведомости, если бы я вдруг не увидел, ставя подпись, что оклад моего заместителя крупицы-тупицы несколько повыше моего. Я не помню, задал ли я тогда вопрос Гвоздеву на эту тему, но решение уже принял. В один прекрасный день, примерно через неделю после зарплаты, я начитал в эфир своё прощание с Петронетом. Когда утром пришёл на работу – дверь редакции была опечатана – Гвоздев услышал это вечером и ночью или поздно вечером прибежал в контору, чтобы навесить бумажные печати на входную дверь. Я их, конечно, сорвал, загрузил кассеты со своими работами в железный шкаф, ключ от которого имелся только у меня – и ушёл в отпуск на три месяца за всё недогулянное время. Доходы фирмы от рекламы упали в этот период ровно в три раза.

Когда я пришёл с отпуска, то продал все свои акции, распродал фильмотеку, в том числе пару сотен неучтённых и нераспечатанных кассет Джей Ви Си, что принесло несколько тысяч долларов как – никак[1], и стал работать в БОПе. Но это уже – другая песня, которая когда-нибудь споётся ещё.

Добавлю только, что ни разу не пожалел о своих решениях о выборе дальнейшего жизненного пути. Не устраивала работа первая – сменил, вторая, третья и пятая – тоже. Перестала устраивать страна проживания – сменил и её. То же самое произошло с супругой – ну, you know the drill.

Что не помешало мне успокоиться, когда пришло время, и плотно осесть в крупнейшей телеком фирме Канады, где я цвету и пахну и по сей день. Время, как говорится, швырять камни, и время каждому овощу их собирать. Написал это только лишь в качестве воспоминаний о времени perdu , которого я не recherche plus.



[1] Часть продал в Петронет, тому же Соловьёву, который тогда пришёл на моё место и сейчас какая-то шишка в мэрии по культуре. Министр вроде.


ПЕТРОНЕТ.Как это было 20 лет назад. Часть Вторая.


В общем, долго ли коротко-ли, соорудили новую форму предприятия. Гвоздев и Ко предложили назвать это дело «Петронет». Мне название не очень нравилось, вернее, не нравилось совсем. Потому что русский народ явно читал бы в нём отрицательную частицу, а не слово «сеть». Но, по большому счёту, мне было всё равно, как предприятие будет называться, лишь бы дело делалось.

Мазалецкий хотел, чтобы я был директором всего. Мне это и нафиг не нужно было. Никакого соответствующего опыта «хозяйствования» у меня не было. Меня влекла всегда творческая сторона этого дела. Поэтому директором назначили некоего Юшкова. Замом – Гвоздева. С ними пришли бухгалтер Вася Завадецкий, снабженец Вова Фёдоров , Сергей Савинский, ныне директор банка «Онего», экономист  Сергей Чуваров и прочие лица. Поместились все в здании бывшего Прионежского Райкома КПСС, ныне там Администрация Прионежского района. 


Там у нас была студия, где мы монтировали всякие рекламные, время от времени информационные ролики.

Потихоньку вещание по кабелю началось на Перевалке, из квартиры в цокольном этаже, в домах радиозавода, двух или трёх, где подключилис кабель. Потом ещё в нескольких.

Первый сигнал о том, что у моих новых коллег мозги не на 100%, как у меня, заняты созданием и развитием нового дела, поступил, когда я поехал по каким-то делам в Питер с директором Юшковым. Мы приехали вместе, договорились встретиться с ним наутро, я остановился у Свойского Серёжи дома, а когда позвонил по оставленному мне телефону, там сказали, что Юрий уже уехал в Петрозаводск. Не сделав никаких дел и в полном недоумении я вернулся той же ночью в Петрозаводск, но объяснений никаких от Юшкова не дождался – он пробормотал что-то невнятное. Через пару недель Юшков уже работал в «Карелнефтепродукте» и руководить всем стал Гвоздев.

Надо сказать, что более бездарного, неказистого и нерешительного существа, совершенно неподходящего для директорской должности, представить было трудно. И вот «оно» теперь село нами руководить. Единственным достоинствои Гвоздева было то, что он смог подключиться к электронной почте. Дело было в 1990 году, у нас было, благодаря стараниям Вовы Фёдорова, закуплено штук пять компьютеров с 236 процессором, один из которых имел модем. Связь осуществлялась через совместное предприятие «Совам (Сов(еты) – Ам(ерика) телепорт». Операционная система была МС-ДОС, матричные принтеры выдавали, вестимо, только текст. И тем не менее это был громадный шаг вперёд. Потому что вокруг ничего подобного ещё и не было. Во всяком случае, ни на на карельском телевидении, ни в газетах, о компьютерах ещё и не мечтали.  Более того, когда я сотрудничал уже в году 1995 с «Никой» в деле создания какого-то кина про связь, Андрей Мазуровский грустно сказал: «электронной почты у нас, конечно, нет». Ну а у нас в «Петронете» она уже пять лет как была и нам с Гвоздевым даже довелось в 1991 году объяснять французам в Ла-Рошели, что это за зверь такой – эл. почта, и зачем она нужна, не понимали французы, если для внутренней связи есть Минитель, а для международной – факс.

Да, «Совхалиж» мы бортанули, ничего не стали у них брать. Вова Фёдоров, несмотря на свою совсем русскую фамлию, обладал совершенно еврейской внешностью и присущими этому народу способностями. Он нашёл на какой-то японской выставке, происходившей в Москве, то же самое студийное оборудование фирмы Джей Ви Си, что было представлено в каталогах «Совхалижа», только по цене на 25% ниже, потому что оно было распаковано для экспозиции и японцам было интересно не вести его взад, а продать на месте. Из Петрозаводска приехал грузовик прямо в центр международной торговли.   

Мы с Фёдоровым приехали на поезде, погрузили всё в грузовик и уехали опять же на поезде. Были куплены две камеры, три магнитофона, штук пять мониторов. Что-то потом пришло отдельно из Японии на пароходе во Владивосток. Вроде это был ещё монитор-другой, кассеты и всякая мелочь. Работать уже было можно и я целиком, с головой и ногами ушёл в эту работу. Мог бы написать если не тома, то десятки страниц о том, как приходил в течение трёх лет каждый день на работу к 8 утра и уходил тоже в 8, но вечера, причём и в выходные, как освоил съёмку, монтаж, перевод и озвучивание фильмов, работу с компьютерной графикой (мы с Фёдоровым ещё съездили в Питер и купили графический компьютер «Коммодор Амига 3000»).


Деньги на него дал опять же Мазалецкий.  Я крутился как белка в колесе в этот, безусловно, самый счастливый период моей жизни. Заказал перевод с немецкого для инструкции к этому комьютеру (почему-то продавался он с инструкцием на дойчландском языке) одному безработному хрущу, который понаписал такого, что я ему заплатил только за первую часть перевода, а потом просто сказал, чтобы он больше не беспокоил. Человек затаил злобу и впоследствии, уже в 1996 году, стрелял мне в дверь из дробовика. Стрельнул вверх, специально, чтобы не задеть кого-нибудь, а попугать.  Ну, попугал, добился своего. Я так испугался, что через два года в Канаду уехал. Шутка, но с долей шутки, потому что, согласитесь, когда картечью пробивают две двери – то шутки плохи.

Я много ездил по Европе. К настоящему моменту на Ютюб уже выложены почти все ролики о моих путешествиях того периода. Создал рекламный отдел, нанял работников в студию и в отдел вещания. Передача записывалась на кассету каждый день и относилась в новый узел связи на Анохина. Первым выдавальщиком в эфир был Андрей Хамбир, ныне свадебный видеооператор. Ему помогал сын Володи Фёдорова, потом я взял на работу Марка Кирсанова и Ирину Повидайко.


ПЕТРОНЕТ.Как это было 20 лет назад.

ПЕТРОНЕТ. Как это было 20 лет назад.

Некоторое время тому назад случайно открыл сайт «Столица на Онего» и, в разделе славословий губернатору Катанандову, моему почти ровестнику, у нас разница в возрасте месяц с небольшим, с изумлением прочитал:

Валерий Тольский, председатель совета директоров телекомпании "Петронет», и прочая и прочая (бывший руководитель карельского телевидения, вице-спикер ЗС РК и вице-премьер правительства. Давний соратник губернатора):



Тольский выглядит сейчас примерно вот так:


Впрочем, он всегда и был таким, со взглядом умирающего лебедя.

Сразу хочу уточнить: ничего плохого я от Тольского за весь период работы на Карельском телевидении не видел.

Collapse )