December 14th, 2019

Русской прострации цветы эмиграции. Заметки о работе и людских судьбах.

Как я не раз уже писал, сейчас я активно перевожу для русскоговорящих выходцев из СССР, волею судьбы, беженства, спонсорской эмиграции и проч., оказавшихся в Монреале. Эмигрировавших по профессии среди моей клиентуры почти нет, потому что они изначально должны знать какой-то из двух языков.
Языки дают баллы для имиграции в Канаду. Французский, в частности, необходим для приезда в Квебек.
Но не о том речь, как русскоговорящие попали сюда.
Я хочу сказать, что среди моих клиентов вообще нет даже средне довольных жизнью клиентов.
Я даже не заикаюсь о таком абстрактном понятии, как "счастье". Это понятие где-то в астрале для моих подопечных.
Понятно почему.
Я же работаю от организации здравоохранения и соцобеспечения, включая, натурально, организмы, занимающиеся вопросами молодёжи. И зовут меня на разговоры к врачам, порой тяжёлые, когда мне приходится переводить пациенту, что жить ему осталось с гулькин нос, да и то, такой жизнью, от которой выпадут волосы везде, даже на бровях и просыпаться каждое оставшееся утро будет пыткой.
И физической и душевной.
Так что не до счастья тут...
За одним исключением.
Когда я провёл одну логопедическую оценку ученика в школе с романтическим названием "Снежная сова", кстати, когда иностранцы начали ездить и плотно контактировать с нами с весны 1986 года в моём случае, они удивлялись, почему школам в СССР не давали названий, а лишь присваивали номера, и провёл, надо полагать, успешно, то оставил свою визитку моему первому логопеду. Логопед переправила мои координаты куда-то по команде в своей сети, и меня пригласили ещё два раза.
До первого опыта я недоумевал, зачем нужна оценка способностей ребенка говорить на родном языке, если он, как правило, так или иначе учит французский. Я не работаю с устными переводами с английским вообще. Только хардкор, только Мольер. И мы обсуждали этот, как казалось, парадокс, с моим другом, учителем французского в СССР, Новой России и в Монреале с почти 40-летним стажем. Он просил меня рассказать об этом, что я и сделаю, когда мы пойдём в гости на Рождество.
Так вот. Этот народ очень благодарный. Они такие клёвые! Мы играем в игры, составляем рассказы, надо видеть их реакцию. Один был трёхлетний и дал фору шестилетнему. Сейчас расскажу. Это не секрет, потому что имен я не называю и тайны тут никакой нет. Шестилетний не знал слова "слон". Только французское "элефант". Как не знал "зебру", и мог назвать только французский аналог "зебр". Трёхлетний сразу выпалил радостно: слон! И тут же добавил: "Живёт в саванне". Зебру поименовал опять же без запинки и указал её прописку в той же саванне. Динозавров он различал сортов шесть, за что ему лодогопед подарила маленького динозаврика.

Вот с такими клинтами я получаю кайф.

И, похоже, в новом году у меня будет их с избытком. Потому что на основе тестов, выполняемых детьми на русском, которые потом записываются на телефон и анализируются, когда ребята уже ушли, мной и логопедом, появляются подсказки, на что обратить внимание при обучении французскому. Там у них куча таблиц, аналогий, фонетических каких-то анализаторов. Я не вникаю во всё. Но интересно работать.

Никогда не думал, что на старости лет заживу так полно. Но и то правда, ты никогда не знаешь, где найдёшь и где потеряешь, если не будешь пробовать. Соваться во все дырки был мой девиз всегда. Если бы я не лез без мыла во все щели, конечно, с предосторожностями, хватило ума в 1990 е не связываться с сомнительными делишками и людьми, хотя возможности и были и звали, то неизвестно, что бы со мной было. Что-то было бы, конечно. Как говорил бравый Швейк: "Ещё никогда не было так, чтобы  никак не было. Всегда ведь как-то да было". Глубокая мысль, если её думать.  

В стопятсотый раз о том, что язык нелогичен и с этим надо просто мириться.

Я подписан на группу "пишу правильно". Там народ задался (внезапно) глупым вопросом, почему в языке нет слова "ложить".

Résultats de recherche d'images pour « язык »

Мой комент, немного расширенный по сравнению с тем, что я оставил там.

Самое смешное - это непонимание элементарных вещей.
То есть как живёт, работает и развивается язык.
И что это вообще такое.
В отношении языка вообще нельзя задаваться вопросом "почему".
Язык есть предмет договоренности людей много лет назад о том, что это будет говориться и писаться, читаться и слышаться вот так, а не иначе.
Тех людей уже нет много сотен лет зачастую, а слово живёт. Все попытки "ввести" новое слово будут неудачны...доколе слово не будет принято большинством. Это процесс небыстрый. Может занимать несколько десятилетий. На моём веку, например, не было словосочетания "по любому", а было "в любом случае". Хотя первое куда сподручнее (логичнее) и короче. Беда в том, что язык нелогичен.

Надо это понять и принять, только и всего.

Сначала слово входит в речь. Болтается там как говно в проруби годами. Если словечко жаргонное, то болтается в узком гругу. Если принадлежит к арго (слэнгу), это понятие более широкое чем жаргон, так как он может быть непонятен непосвящённым, а арго и сленг способны понять почти все, то у него есть больше шансов войти в ЯЗЫК. То есть, проще говоря, в словарь. Неважно в какой. В Викисловарь войдёт - уже хорошо. В какой-нибудь академический - всё. Оно в языке. Можете щеголять им.

До кучи можете прочитать про моё расследование о том, что слово bistro ничего общего не имеет с русским наречием "быстро". Хотя веками думали противоположное. Тэг - французский. Ссылку не всавляю - занят правкой перевода.

Высосаный из пальца скандал на Поле мудес с монпасье (монпансье)

Испокон веков на Руси были приняты оба названия.

До графини, давшей имя леденцам, всем всегда было как до Китая раком.

К тому же по-французски это слово не значит ровно ничего. Если Mon - это притяжательное местоимение, идущее в паре с существительным мужского рода = мой, то ни слова pensier, ни passier в языке Мольера не существует.







А леденцы помню с детства. Сосал-с. Ещё были леденцы "дюшес". Кто думал тогда, что это герцогиня? Или сорт яблока?
Или леденцы "барбарис", кто помнит? Тоже искажённое слово, узаконенное словарями , по-французски berbéris, и не уверен, что конечное "s" произносится. Ну и что?