February 23rd, 2020

Мой комментарий к записи «Почему я раньше этого не видела?» от olga_srb

Там же ясно было написано про эту схему - в 11 главе.

"... Да накупи я всех этих, которые вымерли, пока еще не подавали новых ревизских сказок, приобрети их, положим, тысячу, да, положим, опекунский совет даст по двести рублей на душу: вот уж двести тысяч капиталу!...
...Правда, без земли нельзя ни купить, ни заложить. Да ведь я куплю на вывод, на вывод; теперь земли в Таврической и Херсонской губерниях отдаются даром, только заселяй. Туда я их всех и переселю! в Херсонскую их! ..."

Ещё в школе было понятно всё.

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

Стилистика. Продолжение. Предисловие авторов.

П Р Е Д И С Л О В И Е

Наш рассказ начинается на автостраде, ведущей из Нью-Йорка в Монреаль. После многолюдных улиц Манхэттена глазам предстала баюкающая упорядоченность двойной ленты шоссе, обрамлённой по обеим сторонам зеленью деревьев, благодаря чему эта дорожная артерия и получи-ла своё название Parkway. Больше нет наглых, крикливо-ярких рекламных щитов, раздражающих глаз и коварно закладывающих в извилины вашего мозга свои формулировки. Машина идёт с постоянной скоростью, а мысль свободно бродит по ландшафту.

Хотя нет, не так уж и свободно. Ведь время от времени ей приходится останавливаться на дорожных знаках. Сначала мы читаем их немного рассеянно, просто чтобы проверить, находимся ли на правильном пути, а потом уже чуть пристальнее, потому что наша профессия даёт о себе знать. Мы – это два лингвиста на пути в Монреаль, и наш разговор начинает вертеться вокруг языкознания. Никуда не деться: Linguistics will out! (Лингвистику в мешке не утаишь!) Надписей становится всё больше, и потихоньку мы понимаем: ведь совсем не ландшафт, не природа напоминает нам о том, что мы находимся в Америке, в англосаксонской стране, это делает… стилистика. Все эти знаки, само собой, вполне внятны, с той только разницей, что француз так не напишет. Наблюдение, конечно, не претендует на оригинальность, но гипотезу нелишне и проверить. Водитель начинает читать, а его партнер набрасывает на обороте конверта основные тексты, которыми доброжелательное дорожное начальство любезно снабжает путешественников:

KEEP TO THE RIGHT (Держитесь справа). NO PASSING (Обгон запрещён). SLOW MEN AT WORK (Сбавьте скорость, работают люди). STOP WHEN SCHOOL BUS STOPS (Остановитесь, когда остановится школьный автобус). THICKLY SETTLED (Густонаселенный пункт). STAY IN SINGLE FILE (Двигайтесь в одном ряду). SLIPPERY WHEN WET (Скользко, когда (если) сыро. TRUCKS ENTERING ON THE LEFT (Грузовики вливаются слева). CATTLE CROSSING (Переход скота (через дорогу). DUAL HIGHWAY ENDS (Конец двусторонней автодороги).
Вот скажите, вас не удивляет, уже с первого прочтения, эдакий патерналистский и слегка авторитарный характер придорожных указателей? Нам советуют ехать по одной и той же полосе, предписывают останавливаться, если школьный автобус (школобус?) сделает то же самое. Нам рекомендуют снизить скорость, потому что некоторые из наших современников сейчас трудятся и, наконец, отмечают, что двойная полоса, отделённая небольшим зелёным тротуаром, прервётся всего лишь спустя несколько оборотов колёс.

В душе француза все эти надписи найдут лишь слабый официальный резонанс. Похоже на то, что мы только что вели вежливую безмолвную беседу с дорожной службой штата Нью-Йорк, которая порциями выдавала нам маленькие заметки, то и дело выглядывавшие из-за проносящихся мимо островков красных кленов или частокола елей. На самом деле, весьма обходительны они, эти дорожники, честно предупреждающие, что будущее нам ничегошеньки не сулит: THIS SIGN LEGALLY CLOSES THIS ROAD! (Настоящий знак официально закрывает эту дорогу).

Однако давайте посмотрим на эту не имеющую своего юридического лица очаровательную дорогу с её знаками, вооружившись духом противоречия, которое характеризует нашего брата-француза, и определимся. Ведь только что мы получили замечательный урок английской стилистики с примерами, подобранными наугад прямо с дороги! Разве мы не находим в этих текстах, одновременно знакомых по своей сути и смущающих своим стилем, живую иллюстрацию использования английским языком конкретных глаголов, прилипающих к определенным понятиям, выражающих действия, которые разворачиваются на наших глазах и которые, как нам кажется, значат что-либо лишь в этот конкретный момент ...?

Ну да, находим, но давайте копнём глубже: разве мы оценили бы конкретность и лапидарность этих знаков, коль родились бы на берегах Гудзона, а не приехали бы сюда в обуви с подошвами, к которым прилипли частицы французской земли? Боюсь, что нет, не оценили и даже вряд ли заметили бы: ведь только мы увидели несуразицу во фразе SLOW MEN AT WORK (кстати на участке дороги рабочих вообще не было видно), и лишь мы поставили в уме запятую после SLOW. Мы просто поняли, что имеем дело с конструкцией, совершенно чуждой нашему родному языку.

Collapse )

Мой комментарий к записи «Почему я раньше этого не видела?» от olga_srb

Молодой истчо. Я 1955го. Вообще версия была делом десятым, ведь Гоголю Пушкин тему подсказал, а он мог тот указ невнимательно прочитать - наверняка там был мелкий шрифт.

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

Только что дополнил воспоминания.

Конец февраля 2020 года. Если быть совсем уж точным, то 23 число, день советской армии. В которой я, люблю так говорить, не служил. Я служил в войсках КГБ СССР, хотя и строительных, но в Москве. Не хер собачий.



Но у нас речь идёт сейчас о Виннипеге и о работе в Уоткинз. Я не раз в своём ЖЖ говорил, что если бы там платили хотя бы 12 долларов в час, то не исключено, что я проработал бы в этой фирме до пенсии. Замечательный коллектив, очень лёгкая работа, оставляющая тьму свободного времени. 12 долларов в час при 40-часовой рабочей неделе, то есть 480 в неделю значат почти 2 тысячи в месяц. При минимальном налоге и при стоимости жилья в 50 000 долларов за очень хороший кондоминиум и примерно 80 000 за прелестный трёхэтажный дом при ежемесячной выплате ипотеки долларов в 800.

И это – при двоих работающих и отсутствии иждивенцев, поскольку дочь уже была пристроена в США.
Но там платили 8,50, что было всё же маловато, и мне приходилось подрабатывать в секьюрити.
Но я бы всё равно нашёл через пару лет работы что-нибудь получше. Я не из тех, кто сидит на жопе, потому что так привычнее.
Хотя дни мои, как говорил Ас Пушкин, тянулись тихо в этом Уоткинсе, были и свои моменты развлечений и отвлечений.

Как-то раз позвонила мне с целью сделать заказ Лайла Кивиахо. На моём телефоне высветилось ENG, что означало, само собой, что звонит англофон. Я спрашиваю идентификационный номер от Уоткинз (Watkins ID #) и ввожу его в систему. Вижу упомянутое выше имя. Спрашиваю: Am I speaking with Laila Kiviaho? Естественно, произнося имя на финский манер, потому что мне понадобилась наносекунда, чтобы понять, что звонит финка.
На другом конце провода воцаряется молчание.
Я уже чешу репу, что могло пойти не так, как вдруг собеседница радостно кричит, что я первый, кто её фамилию по телефону правильно произнёс. Потому что да, строго говоря, если произносить по всем правилам, то фамилия её должна звучать как Кайвайэхоу. Даже если учесть, что фрукт киви англофонам знаком, то всё равно будет Кивиэйхо.
Но я же не так прост, чтобы не упустить прекрасную возможность блеснуть своим когнитивным багажом. Я спрашиваю её: Puhutteko te suomea? Что значит: «Вы говорите по-фински?». Естественно, в ответ слышу радостное: Kyllä, minä puhun suomea, что означает: «Ясен пень, говорю».
Дальше мы спокойно переходим на английский, вставляя в него финские словечки. Я попытался объяснить бабушке, а то, что дама была преклонных лет, было слышно по её дребезжащему голосу, откуда я (Petrskoi), но это ей мало что говорило. Как бы то ни было, заказ я от неё принял в лучшем виде и отныне, когда Лайла Кивиахо звонила, она всегда просила соединить с «финном с этим, Сантери». Мне было лестно.



И, как это часто бывает, жизнь преподносит приятные сюрпризы. Лайла жива и здорова! И принимает награды.

Другим постоянным клиентом был чувак из Гатино, то есть, считай, Оттавы, потому что Гатино является франкофонным спутником нашей столицы, которого звали Жиль Теоре. Он звонил чуть ли не каждую неделю, был связан с Уоткинз давным - давно и, как я понимаю, торговал продукцией фирмы в каком-то торговом центре, что формально было запрещено, но на самом деле на это все клали большой и толстый болт.
По статусу он был директором, то есть заказывал, не платя за доставку, и всегда много. И всегда много «возвращал».
Виртуально.
У фирмы была заложена в расходах статья на то, что если товар дойдёт побитым, с порванной упаковкой и т.д., то директора могли какой-то процент его не возвращать, просто сказать, что пришла некондиция, оставляли его себе, а взамен им бесплатно отправлялся новый. В принципе все знали, что мяться там нечему, так как большая часть продукта была в гибких пластиковых упаковках, но закрывали на возвраты, вернее на невозвраты, глаза. Директор в любом случае заказывал на несколько сотен долларов, а терялся на этом едва ли десяток-другой. И, конечно, был какой-то предел «возврата» на каждую посылку.
Мне всегда льстило то, что Жиль, говоривший на правильном французском, постоянно делал мне комплименты на счёт моего французского и никак не мог поверить, что я не жил продолжительное время во Франции. Причём, поскольку он был в контакте со мной почти два года, то отмечал мой прогресс в языке Мольера по сравнению с моими первыми шагами в Уоткинз.
Язык, особенно устный, действительно лежавший без улучшения с 1978 года, крепчал на этой работе. Не так быстро и солидно, как после моего переезда в Монреаль, но всё же прогресс был налицо.
С Жилем мы сдружились до того, что он даже меня приглашал к нему домой в Гатино. Но тогда я даже предвидеть не мог, что не останусь навсегда в Виннипеге.
Были и другие приятные контакты как в англоязычной Канаде, так и в Квебеке, с людьми, с которыми можно было говорить с десяток минут ни о чём, но ничего особенно не запомнилось.
Что определенно запало в память, так это день прощания с фирмой. Я, как положено, за две недели объявил, что ухожу и переезжаю в Монреаль.
Это – обычное тут дело. Человек всегда ищет, где лучше, где платят больше и есть страховка (В Уоткинз её не было). Но важно было, как меня провожали. В обед все собрались в столовой. Выступили человека три, сказали, что я влился в их коллектив, как член семьи. Я в ответ сказал, что семья и была, и душой нисколько не кривил. Подарили долларов на сто всяких магазинных карточек, что точно уже не помню, открытка была точно. Обнимались долго.
Славная контора, чудесные люди. Френдли Манитоба, куда я больше не вернусь….