montrealex (montrealex) wrote,
montrealex
montrealex

Categories:

К юбилею 20 летия в Канаде. Продолжение виннипегской опупеи.

Ну что, станичники, мой блог по-прежнему пользуется популярностью, благодаря однажды запузыренному посту
про свадьбу рыжего и негритянки.
Читает народ, комментирует даже.
Так что продолжу, не знаю, насколько меня хватит.
В мои старые крошечные посты, думаю, нет смысла больше ходить, потому что теперь мне удаётся втиснуть их по четыре,
а то и пять штук в один, да ещё и новые фото добавить и отредактировать.
Некоторые строчки я убираю совсем, они мне кажутся необязательными, но и добавляю достаточно.

Ну, что там Юра Гагарин сказал? Правильно: "Поехали!"

==============

             Так я и работал, начиная где-то с июля-августа 1998 года по, примерно, ноябрь, пока не нашёл работу в фирме «Уоткинс», до которой пока, по хронологии, довольно далеко. Работа в секьюрити, конечно, была лёгкая и непыльная. Поскольку своей стойки для секьюрити, как у всех приличных охранников в учреждениях, у меня почему-то не было, и поскольку на втором этаже стойка таки была, за которой сидел их собственный секьюрити от Спорт Манитоба, и я не имею ни малейшего понятия зачем им ещё нужен был я - я так понимаю, что деньги бюджетные, моя зарплата мизерная, кому-то сверху в провинциальном спорте показалось, что нужен ещё один охранник, я довольно часто ошивался у его рабочего места с телефоном. Не помню, был ли компьютер. На работу я ходил часам к пяти вечера, благо контора была минутах в 10-15 хода от дома, и возвращался заполночь, но в районе минут 15 первого, не позже.
                В принципе никто не докучал никакими проверками, каждый час я звонил, докладывал, опять же каждый час отправлялся патрулировать здание по всем шести этажам, так было записано в моём описании работы и, хотя можно было пройти по лестнице всё за 10 минут, я находился обычно в патруле по полчаса всякий раз, поэтому время протекало достаточно быстро. Когда проходил по "кабинетам" кьюбиклам сотрудников, то невольно думал о том, что как бы хорошо было работать в таком месте, со своим компьютером, в огороженом, хотя и не изолированном пространстве, где было всё необходимое – стол, шкафчики на колёсиках, стены, доска, на которую можно прилепливать кнопками бумаги. Лепота. Сейчас, когда пишу эти воспоминания, (напоминаю, что это 2013 год), за плечами по меньшей мере 13 лет именно такой офисной работы. Мечта идиота сбылась. Жизнь опять удалась.

              А тогда, в начале "карьеры",  почему в кавычках, потому что никакой карьеры я в Канаде не сделал, о чём сожалений горьких нет, было сурово и неизведанно.
             Что ещё запомнилось? Молодой секьюрити, лет двадцать ему самое большое было, от Спорт Манитоба, который , когда мы разговорились, и он узнал, что я свободно говорю по-французски, решил практиковать язык со мной. Он закончил école dimmersion , то есть дословно «школу погружения», имеется в виду погружение учеников во французский язык, где англофонам все предметы даются на языке Мольера, и он довольно бегло говорил на нём. Писал он на этом языке очень плохо, я могу судить, потому что однажды он мне прислал мейл, но болтал приемлемо, и даже с французским, не квебекским, и уж точно не франко-манитобским акцентом. Не исключено, что преподавательница была француженка из Франции, я потом таких встречал в Манитобе.
               Я хорошо помню, что как-то, во время болтовни, вечера у секьюрити длинные, делать нечего, здание закрыто на ключ изнутри, мы болтали, и он рассказал, как его родственники ездили в Финляндию и видели там чудо – громадную церковь о двадцати главах, построенную целиком из дерева, и им гид поведал, что возведена она была без единого гвоздя!
Ясно было, что родственники рассказывали ему про Кижи, но в глазах 20-летнего канадского парня что финская, что русская Карелия было одно и то же. Я сказал ему, что та церковь находится не в Финляндии, а в России, недалеко от того как раз места, откуда я приехал, но не помню его реакции, да и была ли вообще она?
             Тогда же я впервые познакомился с гордыми потомками чингачгуков и прочих ситинг буллов, которые были такими красивыми в югославских картинах с Гойко Митичем, снятых на американской плёнке "Тенкниколор". Дело было так.


               Охраняемый мной объект "Спорт Манитоба" вплотную примыкал к гостинице-клоповнику, где селились индейцы. Вот эта гостиница, наверное и сейчас стоит. Они повадились сидеть на вентиляционной решетке у выезда из гаража, она там, справа, под надписью "Ivory Restaurant Bar". Сказать честно, мне их присутствие было как-то по фигу.




Они особенно никому не мешали, сосали из пластиковых бутылок из-под Кока-Колы свою брагу или что там у них было, может и самогон, который в газетах называли «солвент», что вообще-то означает "растворитель. Было их вроде человка три плюс ихняя баба, грязные, опустившиеся все, курящие невесть что. Ну сидели и сидели, их и видно-то было только тем, кто шёл пешком по улице Мэйн, а кто в здравом уме пойдёт по этой улице пешком? И ещё, конечно, они мозолили глаза тем работникам, кто выезжал из гаража Спорт Манитоба. И среди работников нашлась такая бабёнка, которой не понравились индейцы. Она подошла ко мне и начала базарить, что нужно с ними поговорить и выгнать их за пределы собственнности здания Спорт Манитобы. Я был совсем зелёный в своей новой професии и, конечно, пошёл выполнять её указ, хотя , по большому счёту, надо было просто игнорировать – она мне никто и я ей никак не подчиняюсь, она простой клерк, каких тут сотни в этом доме. Или надо было сказать что-нибудь типа «да, да, сделаю» и забить и забыть . Я, однако, зачем-то пошёл. Представился, сказал, что я секьюрити, что находятся они на частной собственности, что на них поступила жалоба, и что хорошо бы им уйти куда-нибудь типа паркинга, который метрах в 15 – там уже не моя территория и мне будет всё равно, что они там делают. Очень вежливо и культурно говорил, потому что все знают, что индейцы во всей Северной Америке - это «первая нация», никого первее нет, их лучше не колебать и не колыхать – может подняться вой и чад с участием прессы и проч. В газетах я уже читал о таких случаях.
                  Ну, они так лениво послушали, потом баба, вроде, спросила: « А чой-то у тебя акцент такой (я говорил, вестимо, по-английски), – ты откуда сам-то будешь, из Германии что ль?».
                 - Нет, говорю, - из России я.  Мужик рядом с расплывшейся скво оживился: «Из России, здорово! Так ведь у вас там это дело (тут он показал на горло и постукал по нему пальцем точь-в –точь таким жестом как всегда мы показывали пьянку) очень сильно уважают!"
                 - Есть такое дело,- лаконично ответил я и предложил им передислоцироваться. Третий начал разговор о том, что они уйдут, конечно, но за доллар. Я сказал, что-то типа ребята, вы что смеётесь, вы не знаете, какая зарплата у секьюрити? Не помню, чем там дело кончилось, ушли ли они или ушёл я, но помню хорошо, что я пошёл и написал подробный рапорт. Как учили. Подробно описал, что им говорил (не упоминая про притверженность русских к киру, вестимо), как они отреагировали. Моя миссия кончилась. За такие деньги, что мне платили, я счёл, что сделал намного больше, чем надо было.          

                  Потом был очень яркий случай. Сцену не забуду никогда. Надо же было такому случиться, что одна не совсем умная дамочка, сотрудница Спорт Манитоба, поставила матрас стоймя в кузовок своего грузовичка - пикапа, и при въезде в гараж сбила спринклер – противопожарный разбрызгиватель.


                От этого гараж стало заливать водой, потому что включились все другие разбрызгиватели,  активировался общий сигнал тревоги, и по нему всё многоэтажное здание стало эвакуироваться через главный вход. А на главном входе, как раз на пороге, лежали два в дупель пьяных индейца, то есть они были совсем в дерьмо, могли шевелиться только, но как-то вот доплелись именно до охраняемого мной объекта. Говорить с ними было бесполезно, они просто лежали на пороге, причём один ещё и обзывал и попинывал другого ногами. Вот такие, примерно, типажи были. Фото взятого с сайта "Ортонз Крайм", подзаголовком к котрому автор поставил:

A blog about true crime. Telling it how the pussy media will not



              Народ через них перешагивал выходя, а приехавшие пожарные, к ним сигнал поступил автоматически, – входя.  Я вызвал полицию, приехал на велосипеде полицейский Ник Богданович (в Манитобе чуть ли не полнаселения – украинцы).  Нам, секьюрити, по протоколу нельзя ничего, кроме слов применять в таких случаях – не обучены, не оснащены, и деньги нам платили не те, чтобы ради охраняемой чужой собственности чем-то рисковать, нашей задачей было лишь всё фиксировать, но у прибывших пожарных и/или полиции надо обязательно спросить фамилию, почему я и запомнил Богдановича.
              Он с ними поговорил и убедил их просто перейти через дорогу, там была какая-то канава с травой, его послушались, он всё же с пистолетом, кое-как один аборигенец другого повёл на 10 метров подальше, и там они упали и лежали, а дальше мне до них дела не было - не моя территория, хоть вы там сдохнете все. Отступая чуть – чуть в сторону от дежурства в Спорт Манитоба, скажу, что таких эпизодов с индейцами, которых в Виннипеге тысяч 20 на 600 000 населения, но они все в центре, приличный народ живёт в пригородах, я бы мог рассказать на десяти страницах, и как они мочатся в центре города прямо на главную улицу авеню Портидж, лицом, если это можно так назвать, обязательно к проходящим машинам (лично свидетель), и как два мужика занимались оральным сексом (моя б/у свидетель), она пришла с пробежки вся дрожащая от незабываемого впречатления, и как на светофоре к белой женщине на переднее пассажирское сиденье садится индейка с ножичком в 30 см, ножичек приставляется к горлу, из бумажника жертвы извлекаются все наличные деньги, они едут до следующего светофора, при этом аборигенка звонит по сотовому жертвы своим соплеменникам, на следующем светофоре спокойно выходит (писали в газете Виннипег Фрип).  Телефон не забрала, спасибо. Если вы наберёте в Ютьюбе что-нибудь типа drunk natives winnipeg, то увидите немало сцен, один к одному напоминающую русскую глубинку в день получки. В любой день, вообще-то. Во всяком случае в Виннипеге это происходит, уверен, ежечасно в центре города.

               Но пока мы скрупулёзно следуем хронологии.
                 Так я работал примерно до августа в этом учреждении, всегда во вторую смену, потому что в первую там дежурил свой секьюрити, но иногда приходил и раньше, или в выходной, я не помню точно, но факт, что продолжительное время мы были вдвоём с ним. Их, собственных охранников от "Спорт Манитоба" было двое, но второй был совершенно нелюдим и, похоже, из украинцев. Я с ним, впрочем едва здоровался. Днём же занимался кой-какими переводами, и так продолжалось примерно до середины августа. Как-то раз я переписывался по мейлу по поводу очередного перевода с одной мощной переводческой конторой в Сан-Франциско, которая специализировалась на русских переводах, до этого уже дала и оплатила какой-то заказ, а теперь у меня был другой на руках. И я задал какой-то вопрос, но вместо ответа на мейл у меня дома раздался звонок, и девушка на другом конце провода сказала, что творится что-то странное, что раньше у них в контрое не продохнуть было от заказов русских переводов туда и обратно, а вот уже второй день факсы и телефон молчат и не журчат. Не знаю ли я, что такое случилось?
                Я не знал ещё, но разгадка не заставила себя ждать, в России жахнул дефолт: 17 августа 1998 года
Правительство России объявило о прекращении платежей по ряду обязательств, в том числе ГКО и ОФЗ. Иметь дела со страной, которая не выполняет обязательств, мало кто хотел, переводы накрылись медным тазом. Доллар стал стоить сначала 20 рублей, потом 30 и, конечно же, возникла мысль, а как бы хорошо было работать в Петрозаводске на тот же ТАСИС, где платили валютой, или на нашего норвежского друга мистера Хаммера и получать в пять раз больше! Но мысль эту, конечно, принимать нужно было не всерьёз, а просто работать дальше. На переводческой работе с русским языком был тогда поставлен крест и стоит до сих пор. Жирный и чёрный. Потом заказы потихоньку восстановились, не у меня, конечно, я завязал совсем с этим делом, но случилось следующее: во-первых Интернет стал всё более и более доступен в России и масса предложений переводить «за три копейки» хлынула на рынок. Предложениями немедленно воспользовались те, кому не нужно было особого качества, да и, кстати сказать, не всегда качество было плохим, потому что, допустим, инженер, проработавший в России лет 30 на каком-то участке работы, всё равно знал свою тематику лучше меня, хотя английский, конечно, знал хуже, но если это английский технический, то там идиоматика и красоты стиля вообще не нужны. Болт закручивается в гайку, в карбюраторе горит бензин и т.д. И, радостно, такой специалист соглашался перевести за цент слово или там, условно говоря, за доллар-три страницу. Естественно, что с такими демпингующими переводчиками конкурировать не имело никакого смысла, и потихоньку я решил забросить это дело с русскими переводами.
               Как раз в то время французский колледж в Сан Бонифасе объявлял набор на факультет искусств (
Faculté des Arts) в Школу переводчиков École de traduction, естественно, мне подходило  направление - перевод с английского на французский. Я пошёл и записался, прошёл экзамен по редактированию и ещё чему-то, надо полагать просто по французскому, и был зачислен, но надо было сразу же выкладывать 750 долларов за семестр, которых в наличии не было. Кстати в Монреале, где я потом учился, семестр стоил в два раза меньше, а мне и вовсе работа возмещала все сто процентов, да я ещё и учебники списывал под эту дудочку. Как выражался мой покойный друг-фотограф Коля Корпусенко: "Советские общественные фонды потребления надо беспощадно доить". Канадские, пусть и частные, тоже.
              Поэтому в Манитобе в первый год я получил студенческий, а учиться не стал. Одновременно с работой в секьюрити активно продолжал искать альтернативу. Записался на какие-то курсы по поиску работы, бесплатные, от правительства Манитобы. Хорошо помню, что там учили выдвигать на первый план так называемые
soft skills в противовес hard skills. Эти «мягкие навыки», по мнению доморощенных преподавателей, были такими навыками, которые все люди должны, в принципе, владеть. То есть умение отвечать, скажем, по телефону, вести себя вежливо, быть гибким и приветливым, что-то такое, что может пригодиться на любой работе. А «твёрдые навыки» - это как раз навыки по специальности и они тоже как бы важны, но меньше, чем мягкие, то есть универсальные. Ну такая чушь из книжки «
Какого цвета ваш парашют?», которой цена если не грош, то близко.
             Ответственно заявляю: выкидывайте такие книги! Повсюду и везде нужны прежде всего твои специальные навыки, наработанные в твоём опыте в Канаде, а не эта мягкая фигня. Но польза какая-то худо-бедно была. Во-первых, пару раз с помошью этих курсов я нашёл разовую работу в местном Дворце съездов, очень недалеко от дома, надо было разворачивать кабели для видеопроекторов, ставить экраны, всё такое, а по окончании мероприятия всё укладывать, вводя в компьютер штрих-коды с помощью сканера – пистолета. Платили по 10 или 12 долларов за час, так что в общей сложности сотку заработал тогда.
             Потом мы там общались почти неделю на английском – отличная практика, на работе в Спорт Манитоба не очень-то разговоришься.
И был, как и положено, очень неприятный опыт устройства в какую-то фирму, которая работала в основном на штаты по телефону. Надо было что-то там продавать. Находилось это дело где-то в конце Портидж авеню в направлении к аэропорту, и я подал резюме в ответ на объявление в газете. По-моему обещали платить 7:50 в час, что было больше, чем в секьюрити. Больше чем на доллар за час.  Когда я туда пришёл, меня встретил приятный молодой человек, которого звали Слав Солик. Вот, пожалуйста, жив курилка и продвинулся нехило в жизни и работе. Все в том же Виннипеге. Он первым делом, ещё до интервью, провёл меня по конторе, показал рабочие места, кухню, комнату отдыха, мы с ним хорошо поболтали, и я ушёл в полной надежде на то, что я принят на работу.
            Когда ходили по помещению, одна из молодых сотрудниц была позвана проверить мой французский, мы стали говорить, барышня застеснялась, быстро сказала, что всё в порядке с моим французским, и слиняла в кабинку после двух-трёх фраз. Я, естественно, сильно приободрился после этого. Поскольку Слав попросил меня прислать ещё одну рекомендацию, то я её запросил на курсах у преподавательницы, переслал по факсу с тех же курсов и приготовился ждать приглашения на работу, которое ... так и не последовало. Через день-другой я, правда, позвонил ему сам и услышал от него, что мол, всё хорошо, у меня, мол, отличный французский по словам сотрудницы, с которой мы так коротко поговорили, но у меня не то чтобы сильный, но всё-таки акцент на английском, а 90% звонков – из США и там люди не любят слышать акцент, в общем я просто положил трубку на полуслове и переключился на другие дела. Но вот Слава Солика запомнил, из каких он там был сербов? Хтож его знает и что мне он?
            Работа на Спорт Манитобу как-то быстро кончилась к сентябрю примерно, я сидел дома, и время от времени выезжал на спорадические дежурства то в МТS, Манитобскую мобильную сеть, то, однажды, поехал охранять кёрлинговый клуб. В нём до этого случился пожар, выгорела дверь, и нельзя было помещение оставлять открытым. Помню, что там был бар, где стояла открытая бутылка виски и я налил себе стаканчик, само собой. Дежурство прошло на отлично.
           Бывали какие-то дежурства, когда подрядчики что-то чинили ночью на предприятии, и я должен был следить, чтобы они не свистнули там, компьютер или что ещё.
           На самом деле я быстро понял, что, во-первых, ничего не свистнут, потому что зачем им это надо при их часовых зарплатах выше моей раз в пять, а во-вторых, что даже если это и случится, то вряд ли кому удастся меня в чём-либо обвинить, мало ли, я ушёл пописать, а они забрали ноутбук, поэтому спокойно уходил куда-нибудь, где был телевизор и смотрел его, а когда они заканчивали, они меня извещали, я приходил, смотрел, что всё на месте вроде, звонил диспетчеру и кто-то меня вывозил, если дело было ночью или я выезжал сам, если было утро и начинали уже ходить автобусы.
           В принципе мне было, конечно, выгодно как можно больше просидеть на работе – оплата-то почасовая.

Tags: Виннипег, Воспоминания, Иммиграция, Манитоба
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments