?

Log in

No account? Create an account

montrealex

The Best Live Journal in Montreal and Canada

Жизнь слишком коротка, чтобы пить плохие вина.


Previous Entry Share Next Entry
montrealex

Я - писатель. Чёрная вдова. Текст и диалоги на основе реальной судебной хроники 1970-х

Чёрная вдова

Текст и диалоги, придуманные на основе реальной судебной хроники 1970-х годов.

And here, my prize, the Black Widow.
Isn't she lovely? And so deadly...
You know what I think I love the most about her
Is her inborn need to dominate and possess.
Such power and dignity, unhampered by sentiment.

Начало песни Элиса Купера «Чёрная вдова».
Альбом «Добро пожаловать в мой кошмар».
Слова Брюса Дикинсона и Эдриана Смита.
Image result for interior luxury miami home 1970s
Интерьер американской квартиры 1970-х годов



                Сидя на диване роскошной гостиной не менее шикарной квартиры в Майами, Рональд Лумис вздыхает в очередной раз.
Уже наступила ночь, ночь душная и тяжёлая. Дело происходит 5 июня 1972 года. Гостиная освещена вычурной лампой, стоящей на лакированном китайском столике.
Про двадцативосьмилетнего Ронни можно смело сказать: красавец. Блондин, атлетического сложения с несколько детским лицом, пышущим здоровьем.
По профессии – зубной врач.

Расположившуюся напротив него Элеонору Куинсленд едва видно в полумраке комнаты, что, конечно, жаль, так внешность её далека от посредственной. Голубоглазая шатенка высокого роста, с изумительной фигурой, она обладает красотой, от которой у мужчин перехватывает в горле. Вне всякого сомнения, если бы она пожелала, то стала бы звездой кинематографа. Но карьера актрисы её не привлекает.

Она занимается обстановкой вилл миллиардеров и делает это с изысканным вкусом, которого как раз и не хватает её клиентам.
Некоторое время оба молчат. Рональд снова вздыхает, наконец решается заговорить:

- Нора, выходи за меня замуж!

Элеонора от удивления испускает нервный смешок.

- Замуж? За тебя? Какая смешная мысль!

- Ну а что тут смешного? Мы уже больше года вместе, ты-вдова, я – холостяк, почему бы нам не создать семью?

Элеонора перебирается к нему на диван. Её лицо становится серьёзным.

- Это невозможно, Ронни…

- Почему? У тебя есть кто-то ещё?

- Нет, никого. Но я не хочу за тебя замуж, потому что мне страшно.

- Ты боишься меня?

Женщина бросает на него странный взгляд.

- Мне страшно за моё прошлое. Что ты о нём знаешь? Ты же меня никогда об этом не спрашивал?

- Я ждал, что ты сама заговоришь…

- Ну вот, я говорю теперь. Как ты уже знаешь, я вдова, но тебе не известно, сколько раз я вдовела.

Рональд Лумис пристально смотрит на свою подругу. Никогда ещё она не казалась ему такой очаровательной, как сейчас.

- Я дважды вдова, Ронни. Да, к двадцати восьми годам я уже потеряла двух мужей. Первый умер от диабета, второй покончил с собой.

- Это ужасно!

Элеонора качает головой, волна пробегает по её длинным чёрным волосам.

- Это более чем ужасно, это какое-то проклятье! Мне совсем не хочется повторения. Я слишком боюсь за тебя, да и за себя…

Рональд обнимает её.

- Ну, это же абсурд! Тебе просто страшно не повезло. Со мной всё будет иначе!

- Ты разве не слышал, что я сказала?

- Да нет же, слышал. Просто я не верю в проклятия, а верю в любовь.

Элеонора не отвечает. Она тоже смотрит на Ронни, в её взгляде сквозит восхищение. Она мурлычет:
- Я тоже…

17 мая 1974 года. Вот уже почти два года, как Элеонора Куинсленд и Рональд Лумис женаты. В самом начале казалось, что молодой человек был прав.
Тёмные предчувствия Элеоноры представлялись напрасными. Редко можно было видеть такую счастливую и влюблённую пару.
Но за последние их семейные отношения сильно испортились.




Изменения шли со стороны Элеоноры. Она стала капризной, отдалилась от мужа, предъявляла всё больше претензий.
Несмотря на то, что Ронни был всегда предупрежителен и мягок с ней, атмосфера не улучшаласьь, совсем наоборот.
Но в тот день 17 мая 1974 года, когда Рональд пришёл домой, он застал жену сидящей на диване совершенно убитой.
Она прикладывала носовой платок к глазам. Тушь для ресниц размазана, лицо бледное как мел. Рональд бросается к ней.

- Дорогая, что случилось?

Элеонора молчит, лишь прерывисто и шумно дышит.

- Что происходит? Говори, умоляю тебя!

- Я не могу так больше, Ронни…

- Но почему?

- Не хочу тебе говорить. Это слишком серьёзно.

- Нора!

Элеонора Куинсленд встаёт с дивана.

- Нет, Рон, не настаивай. Я просто распустилась. Дай слово, что забудешь об этом эпизоде.

Рональд начинает, наоборот, настаивать всё сильнее, и Элеонора, наконец, уступает.

Она слегка кивает головой в сторону стены.

- Ты помнишь абстрактную картину, которая висела тут?

- Да, ну и что?

- Я сказала, что продала её, потому что она мне не нравилась. Это было неправдой.

- Не понимаю.

- И вазу эпохи Мин на китайском столике: я сказала тебе, что разбила её. И это-тоже ложь.

- Нора, объясни…

Всесто ответа Элеонора подходит к мужу и показывает ему правую руку.

- Посмотри… Ничего не замечаешь?

- Твой перстень!

- Ну да, перстень с рубином, наследство моей мамы, которым я дорожила больше всего на свете, я его тоже продала… Как картину, как вазу.
Потому что мне нужны были деньги!

Она в отчаянии валится на диван и начинает рыдать снова.

- Деньги? Но у нас они есть…

- Недостаточно, Ронни, мало для шантажиста!

С комком в горле Рональд присаживается на диван рядом с женой. Он всё понял.

- Это…связано с твоим вторым мужем, который покончил с собой?

Женщина поднимает голову. Несмотря на свой подавленный вид, она сердится.

Нет. Не с ним. Он на самом деле свёл счёты с жизнью сам. А вот первого убила я!

Рональд Лумис отшатывается от неё против своей воли. Смотрит на неё так, словно видит впервые.

- Ты мне сказала, что он болел. Что у него диабет был.

- Это правда. Его диабет был очень тяжёлым. Поэтому никто ничего не заподозрил. Я заменила его инсулин на глюкозу…

Окончание следует.

Recent Posts from This Journal