montrealex (montrealex) wrote,
montrealex
montrealex

Categories:

Футбол. Радость моего детства. Я мог "кокать мяч" (на колене или ступне) по 200 раз.

May 6_12-6

Однажды, когда мне было, наверное, лет восемь, я гонял мяч в компании сверстников и старших, подбадривая удачный пасс или негодуя по поводу бездарной игры сотоварищей соот-ветствующими матерными словами, я вдруг краем глаза увидел, что из-под горы, на которой находилась площадка, поднимается моя мама, при этом качая головой.
Игра не остановилась, конечно, мама просто прошла мимо, к дому, находившемуся в 20 метрах от футбольного поля, потом, как водится, вся толпа пошла купаться «на первую скалку» - жечь костёр и так далее.

Когда я всё же пришёл домой, мама поделилась впечатлениями от моей словесной эквилибристики. Она была если не сражена, то была поражена уж точно, невероятно богатым для моих восьми лет запасом матерных слов, которые я, по её же словам, воплощал во фразы и целые предложения с необычайной виртузностью.

Видимо поняв, что факт приобщения к лексическому и стилистическому богатству «великого и могучего» в моём преломлении состоялся окончательно и бесповоротно, она просто порекомендовала мне не столь изощренно пользоваться этим лексиконом в других, менее эмоционально окрашенных обстоятельствах. Да и то сказать, не научиться выражаться по-матерному с некоторой и даже изрядной виртоузностью, пусть даже и в таком неосмысленном возрасте, а может именно и потому, было просто невозможно, ибо примеры для усвоения этого слоя лексики, в лице «старших товарищей» изобиловали. Мама всегда говорила, что отец никогда не ругался «по матушке», зато отчим Васильев в этом отношении хоть и не был мастером, но выражался весьма витиевато.

Мне случалось по утрам слушать в течение долгих минут, его высказывания в отношении коллег и просто событий, произшедших накануне. Получалось так, что когда я просыпался, он рассказывал маме про то, что случилось вчера или позавчера, используя нормативную (по тогдашним его, да и большинства других мужчин, а часто и женщин понятиям) речь – они лежали, допустим, субботним или воскресным утром, когда не надо вставать на работу рядом в соседней комнате, и я тоже к тому времени был уже проснувшись, и я слушал эту литанию, в которой для простоты изложения обычные общеупотребительные глаголы и существительные очень даже просто подменялись тоже обычными, и тоже весьма употребительными матерными словами, типа : «она, сука, блядь, (причём эти эпитеты никак не свидетельствовали о настоящем отношении к человеку, который мог бы быть и даже очень уважаемым) сделала, (блядь, сука), то-то и то-то.

Часто звучало «К-на» подруга мамы, которая и сейчас жива, или начальница (фамилию я уже забыл напрочь) – и потом следовал эпитет. Это было нормально и общепринято.

Но непревзойдённым виртузом в этом деле был отец Сашки Лукина. Лукины жили в отдельном доме с громадным, в моём восприятии, приусадебным участком, включавшим огрод, сад и скалу даже и часть леса, где росла, за их забором, крупная и обильная (потому как никем не обрывавшаяся, черника). Через весь практически участок была протянута проволока, по кото-рой на цепи бегал злой пёс с кличкой типа «Пират». Имени папы Лукина я уже никогда не вспомню, хотя лексического облика его уже никогда и не забуду. О, как этот человека ругался! Был бы тогда портативный магнитофон – это могло бы составить поэму! Дети очень много перенимают от взрослых – банальная истина, конечно, но я помню хорошо, что лет эдак в во-семь, я хорошо запомнил, как отец Лукина говорил, что никто и никогда уже его не отучит ругаться. Но ему было лет сорок или за сорок, что нам, с «низины» нашего детского возраста казалось возрастом глубокого увядания, а я эту его фразу однажды употребил в качестве своей.
Coined the phrase, как сказал бы я сейчас.
Однажды я пытался пройти мимо собаки, охранявшей проход в Тункала. Я просто крыл матом это настырное четвероногое, мешавшее мне следовать обычным моим путём, а соседка бабушки услышала моё достойное пера повестование и пыталась меня укорить.
Тут я и выдал уже ей, хозяйке собаки, всё, что думал, отрок восьми лет от роду всего, тираду в смысле что мол «никто и никогда»! Существительные типа «хуй, блядь, пизда – (из одного гнезда)», как мы часто говорили, перемежались тогда употребленными к месту и не к месту глаголами! Немая сцена. Содержание речи было доложено, естественно, бабушке, но, когда меня ругали по этому случаю, я не мог не прочувствовать и некоторого восхищения в голосе взрослых: типа надо же, такой маленький, а так кудряво ругается, да ещё и претендует на неотучаемость от исконно-посконно-русского о слоя лексики!

Много лет спустя и в другой совершенно связи (надо читать про мою «вторую жизнь», которая пока написана лишь частично), я выразил удивление вездесущностью порнографии в Дании Саше Володарскому – порно там везде присутствует и не прячется от глаз детей - и он мне сказал, что неизвестно, хорошо это или плохо – он приехал в Данию в возрасте 14 лет и говорил, что если бы всё это знал и видел, как это происходит с датчанами, с младых очей, то может быть это избавил бы его от недосказанности в отношениях взрослых... Право, не только я, но и учёные, по-моему, так и не знают, хорошо это или плохо, если ребёнок приобщился с самого и раннего возраста к миру взрослых отношений. Так и со мной. И это правда – никто и никогда так и не отучил свободно изъясняться в любом слое лексики, которая потом обогатилась лексикой французской, финской и английской...
Tags: Воспоминания
Subscribe

Posts from This Journal “Воспоминания” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments