montrealex (montrealex) wrote,
montrealex
montrealex

Category:

Стив Бонкоски. Часть первая.

Мой ЖЖ в основном отсылает к прошлому.
К моему собственному. Это и понятно.
Оглядывая спокойным и благожелательным взором человека, в жизни которого теперь не присходит не то что катаклизмов,
а даже мало-мальски заслуживающих внимания происшествий то время, что я прожил до приезда в Канаду в мае 1998 года,
я очень отчётливо вижу, что основные и самые интересные события моей жизни имели обыкновение случаться тогда и там.
В стране, которой больше нет и никогда не будет.
Поэтому прежде всего этот журнал есть воспоминания.
Перемешанные в нехронологическом порядке они проходят передо мной, как словно случились вчера.
К большой моей радости почти все основные этапы жизни отражены в изображениях - на фото и на видео.
Снимать на фото регулярно я стал со времени преподавания в школе в посёдке Харлу, а на видео снимаю с 1991 года примерно.
Вот сейчас смонтировал пять частей фильма-выступления Стива Бонкоски.

На кадрах дана неверная дата. Следует читать не 1989, а 1991 год.

Я восстановил её, когда смонтировал и опубликовал в Ютюбе, поэтому переделать не представляеться возможным.

Воспоминания зашевелились в голове, не обременённой никакими заботами, руки потянулись к конверту с пожелтевшими газетными вырезками.

Статьи, написанные Стивом в начале 1990 годов. Наивные, простые, добрые. В них - он весь и вместе с тем эти статьи - мостик в то замечательное время, когда мы были ещё молоды и верили в будущее России. Хотели жить, работать и растить детей там.


Статья первая.


Стив пишет её за две недели до первой поездки в Россию, в мае 1989 года, ещё не зная, что встретит в Петрозаводске Диму Ярославского, который, как и я, станет его другом и ... к которому Стив приедет на
сороковой день похорон.

Через десять лет. В 1999 году. Когда я уже был в Канаде и однажды, да вроде это было в начале 1999 года, я получил электронную почту от Димы, думавшего эмигрировать. Ответил на его послание, а он мне - нет.   


В наше время

Стивен Бонкоски

Мы больше не стреляем из-за забора в соседа. Теперь мы - государства с ядерными ракетами готовые уничтожить весь мир ради идеологии, религии и сотни других оправдательных "измов".

Звенья цепи

           Из Нью-Йорка в Никерсон[1], довольно значительная смена  атмосферы и культуры, но прошла она довольно легко для меня. Тому была причина: я выбрал этот пустынный уголок Миннесоты, где собирался пустить корни потому что мне это нравилось. Земля и люди - я нашёл в них спокойствие и доброжелательность. Я люблю мой уголок настолько, что порой мне совсем не хочется покидать священный очаг родного дома, который я назвал "Немаджи". Меня полностью устраиват то, что я сижу на поросшем соснами песчаном холмике[2] и предоставляю остальному миру делать то. что ему заблагорассудится.

           Никогда не пробовал этого делать, но не раз спрашивал себя, а что было бы,  если б я на недельку полностью отключился от мира? Если бы отключился от всевидящего электронного ока, которое обозревает мир, капсулируя результаты своих наблюдений в видеоклипы? Не пускать больше в своё деревянное жилище изображений тех безумств, которые охватывают мир от Белфаста до Лос-Анжелеса. Будет ли миру лучше от моего отшельничества? Или ему будет всё равно? Станет ли лучше мне?

           Как оказалось, я радуюсь земле и ценю её куда больше, чем мне представлялось, когда я жил в урбанистском окружении в Нью Джерси. Я пользуюсь трудом на земле как смягчающим буфером между собой и той частью реальности, которую я понимаю с трудом. Например, почему новорожденные оказываются выброшенными на помойку? Почему школьники растреливают друг дружку из автоматического оружия? Почему люди настолько озабочены настоящим "прогрессом", что совсем не пытаются осмыслить два других времени: настоящее и будущее? Зачем политики и государственные деятели создают мир "других", отбирая у части народа честь и гордость? Когда я нахожу время, чтобы побыть наедине с природой, я думаю обо всём этом, а потом обращаю взгляд на самого себя и спрашиваю что я оставлю моим детям. Какой урожай соберут они с семян  моего и предшестующих поколений? Эти вопросы очень сильно занимают меня и я спрашиваю себя, а в силах ли я вообще что-то изменить?  

           Я стараюсь вести хорошую, в смысле достойную. жизнь. Я стремлюсь подчеркивать важность уважения хрупкости окуржающей природы по сравнению со всеми игрушками, которыми мы пользуемся ради нашего развлечения. Но мне кажется, что этого стремления недостаточно для того, чтобы противостоять влиянию окружающего мира на жизнь моей семьи с его соблазнами, способными нарушить гармонию. Мой четырёхлетний сын ставит меня в тупик, когда спрашивает, зачем люди убивают друг друга - он видит это в новостях каждый день.

           Становится всё привычнее обвинять правительство в бедах общества, говоря что оно либо ничего не делает, либо слишком усерствует. Мне кажется, что такое перекладывание вины на общественные институты происходит, когда люди отказываюся от своей части ответственности. Мы, как мне кажется, согласны на то, чтобы правительство обуздывало естественное стремление к индивидуальному эгоизму, но неприемлем вмешательства этих самых институтов в нашу повседневную жизнь.

           Несмотря на нашу неудовлетворённость работой правительства, очень немногие предпочли бы ему хаос "Парижской коммуны", даже те, кто стремится к свержению правительства, в конце концов хотят установления какого-то более справедливого в их понимании порядка.

           Цель правительства - создать такой порядок, который был бы справедлив по отношению к народу, которым оно управляет. Оно надеется, что этого можно достичь, снижая степень личной вовлеченности в ту или иную ситуацию. И тем не менее, государство переняло многое от склонности граждан к самообслуживанию. Мы больше не стреляем в соседей из-за изгороди. Теперь мы - государства с ядерными ракетами готовые уничтожить весь мир ради идеологии, религии и сотни других оправдательных "измов".

           По мере того, как человечество испытывало качественные скачки в развитии технологий и коммуникаций, мир становился всё более уязвимым для того давления, которое люди оказывали на окружающую среду. И всё же одни государства по-прежнему ожесточённо стремятся эксплуатировать другие. Для придания миру более человечного и менее эгоистичного облика нужно пытаться ввести в это уравнение простого человека, обычного гражданина. Возможно, если сблизить вместе людей разных культур и политических систем и заняться их ежедневными трудностяими и обязанностями, мы приблизимся к пониманию того, как формируются мировоззрения наций.

           Такой была, отчасти, подоплёка Проекта Городов-побратимов, который был осуществлёно между Дулутом и городом Петрозаводском в Советском Союзе. Несмотря на то, что между нами тысячи миль, восемь часовых поясов, океан, язык и разные политико-экономические системы, объединяет нас много больше, чем разъединяет. Человеческая природа одинакова, хотя культура и обычаи по-разному кодируют её выражение.    

Для того, чтобы общечеловеческий аспект миропорядка не отставал от технологического, важно не замыкаться в своей культуре: такая самоизоляция создаёт основу для страхов и недоверия. Мы должны научиться разговаривать с людьми, находящимизя за нашими границами и привыкать выслушивать и понимать друг друга. Это непросто, но жизненно необходимо, если мы хотим жить вместе во всё более хрупком и сжимающемся мире. Если мы можем пойти таким путём - выйдя за пределы правительственных акций и используя обмен на уровне простых людей - мы таким образов, возможно, укрепим звенья в той цепи, которая связывает всех людей мира.         Прошлой осенью, Володя Прозоров, преподаватель из Петрозаводска, провёл в Дулуте десять недель. Он говорил о своём опыте в таких словах: "Нас всех объединяет добрая воля, стремление к миру и взаимопониманию и озабоченность будущим. Сегодня мы строим невидимый мост дружбы. Часть этого моста - взаимопонимание между странами. Этот мост непрочен, так как существует только в сердцах и умах наших народов, разделённых океаном. Но он и долговечен именно потому, что построен в наших умах и сердцах. Насколько он долговечен? Это зависит только от нас всех."

           В День Памяти я отправлюсь в Петрозаводск с 27 другими людьми на две недели. Я привезу множество фотографий, видео и литературы от нас, чтобы показать тем, у кого я остановлюсь. Из Никерсона в Советский Союз, неслабая перемена в культуре и атмосфере.

           Моя надежда - привезти в свой дом Немаджи лучшее понимание человеческой стороны перемен. Когда я вижу соперничество между политиками и государственными деятелями отстаивающими национальные интересы, я хотел бы знать глубинную сущность их аргументации и, может быть, однажды иметь возможность воздействовать на эти диалоги для того, чтобы сделать лучше мир, в котором будут жить наши дети. Я хочу быть способным дать надежду своему сыну, когда он спросит меня об убийствах и безумии. которые он видит по телевизору. Я хочу быть способным сказать, что это происходит потому, что люди не понимают сути вещей, но что мы делаем всё, что в наших силах, чтобы это непонимание устранить.




[1] Я побывал в 1990 году у Стива в Никерсоне. Тогда ещё он жил в старом деревянном доме, который построил с помощью друзей. У него была лошадь, козы, очень дружелюбная собака, куры и прочая живность. Мы гуляли по его лесу и Стив так и не смог ответить, сколько же гектаров находится в его собственности: показал рукой куда-то вдаль и сказал: "Граница где-то там, но я её никогда не размечал".
[2] Намёк на песню Битлз "The fool on the hill"



Tags: Бонкоски, Ярославский
Subscribe

Posts from This Journal “Бонкоски” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments