montrealex (montrealex) wrote,
montrealex
montrealex

Categories:

Неизвестный в СССР протест канацких молокососов против повышения цен.

Советские СМИ до самой перестройки любили публиковать материалы о протестах трудящихся капиталистических стран против низкой оплаты труда и дороговизны жизни. Но этот протест в Канаде в 1947 году не был освещён в советской прессе никак. Потому что нельзя было сообщать гражданам страны о том, что школьники протестовали против роста цен на ... шоколадные батончики. Ну а подробности, связанные с главным героем, затеявшим всю эту движуху, 17-летним школьником Паркером Уильямсом и вовсе превратились бы в откровенную антисоветскую пропаганду: этот деть, поработав на каникулах на лесозаготовках, купил себе подержанную машину.

Возражения на тему того, что Канада хотя и участвовала в войне, но она шла не на её территории, принимаются лишь частично. Да, разрушение трети европейской части СССР гитлеровцами нисколько не улучшило, мягко говоря, экономическую ситуацию в стране, и это чистая правда.

Но давайте возьмём довоенные годы, скажем, 1940, когда последствия разрухи времён Гражданской войны уже были преодолены. Многие ли советские старшеклассники, поработав летом на лесоповале, могли обзавестись собственным автомобилем, пусть даже 24-летнего возраста (у Уильямса была машина 1923 года выпуска), скажем, «Фордом Т»1916 года (он производился в 1908-27 гг. и был бюджетной моделью по месту своего изготовления) или очень старой «эмкой»? Были ли шоколадные батончики в свободной продаже и доступными по цене, особенно за пределами Москвы (я не уверен и в том, что они были в столице, но в каких-нибудь Ветлуге, Балакове или Юрьеве-Польском их точно не было, там и муку, нефильтрованное подсолнечное масло или селёдку приходилось добывать с боем, отстояв многочасовую очередь, на что часто жаловались провинциалы в письмах довоенному председателю Совнаркома Молотову)?





Прилавок канадского кондитерского магазина в ранние послевоенные годы. У нас такого изобилия не было и в 70-е
Прилавок канадского кондитерского магазина в ранние послевоенные годы.

У нас такого изобилия не было и в 70-е

Теперь о масштабе цен. Канадские ребёнки с ушками и без подняли хай из-за увеличения цены батончика всего на 3 цента. Но канадский доллар 1947 года и 2021 года совсем не одно и то же. Тогда средняя недельная зарплата рабочего составляла $34, то есть, $136-140 в месяц, соответственно, цены на товары тоже были в разы ниже. Нынче такая зарплата ниже минимума, необходимого для физического выживания: канадский доллар с тех пор подешевел в разы.

Впрочем, это понятно всем, кто жил в СССР в сознательном возрасте в конце 70-х: рубль имел совсем другую цену, колбаса по 150 рублей за кило считалась бы сверхдорогой, впрочем, её и не существовало (сейчас это гадость, на 146% состоящая из заменителей мяса), а 30,000 рублей в месяц не получал даже Брежнев, хотя в наши это — достаточно низкая зарплата для Москвы и терпимая для провинции.



Итак, что это за «шоколадный протест» 1947 года, и как его сорвали ... коммунисты (вернее, те, кто вполне обоснованно их боялся до ycpaчku).

Митинг канадских октябрят в Эдмонтоне против роста цен на шоколад
Митинг канадских октябрят в Эдмонтоне против роста цен на шоколад

После Второй мировой войны Канада стала одним из мировых лидеров экономического роста, быстро оправляясь от лишений и ограничений военных лет. Но развитие экономики не совпадало с благосостоянием граждан — цены на продукты неуклонно росли, а зарплаты оставались прежними. В народе зрело недовольство, но первыми, кто открыто выразил своё несогласие с властями, стали подростки из небольшого провинциального городка Ледисмит. Узнав о том, что их любимые шоколадные батончики за одну ночь подорожали почти в два раза, они вышли на митинг.

Протестующих детей поддержали сначала их сверстники по всей стране, а затем и взрослые. Различные общественные организации обещали им помощь, но одна из них нанесла непоправимый ущерб протесту до того, как он вылился во что-то влиятельное.

Бедные жители богатой страны: канадские власти и восстановление экономики

В годы Второй мировой войны канадский Совет по ценам и торговле усердно трудился над тем, чтобы избежать резкой инфляции. Власти искусственно сдерживали цены на продукты и ввели карточную систему, а самих граждан призывали к экономии и самопожертвованиям.



После капитуляции Третьего Рейха канадские власти начали постепенно снимать экономические ограничения военного времени. Производители продуктов восстановили работу в прежних объёмах в надежде вновь вернуть прибыль, которой не видели уже много лет.

В послевоенные годы Канада успешно развивалась экономически, что сочеталось со стабильно тяжёлым финансовым положением для среднестатистической канадской семьи. Государство отпустило цены в свободное плавание, и все товары сразу же подорожали, а инфляция ударила по карману и без того небогатых канадцев.

Стоимость жизни в Канаде быстро превысила доходы большинства населения. К маю 1947 года средняя зарплата обычного рабочего за неделю достигла 34 долларов, тогда как минимальный бюджет на неделю, по расчётам Совета благосостояния Торонто, на тот момент составлял 40 долларов. Местные профсоюзы устраивали забастовки в поддержку рабочих, но толку от них было немного.

Во время Второй мировой Канада стала одним из экспортёров шоколада в Европу, а канадское лакомство включали в рацион солдат-союзников. При этом стоимость его производства неуклонно росла: в 1939 году фунт какао-бобов стоил чуть менее семи долларов, а в 1947 году — уже 23 доллара.

Американский солдат на фронте ест канадский шоколад
Американский солдат на фронте ест канадский шоколад

Несмотря на это, в самой Канаде всю войну шоколадные плитки стоили по пять центов. 25 апреля 1947 года производители подняли на них цены сразу на три цента, объяснив это увеличением производственных затрат. Главными причинами этого были отмена госсубсидий, действовавших в годы войны, и проблемы с доставкой какао-бобов, которые становились всё более популярными во всём мире. Именно это и спровоцировало мятеж в городе Ледисмит в Британской Колумбии.

Опустошённые страны Европы требуют все больше и больше какао-бобов, поскольку они осознают высокую питательную ценность шоколада.
Дж. Моффат, представитель шоколадной фабрики Moyer

Пятицентовые протесты: молодёжь против правительства

Зачинщиком бунта стал 17-летний Паркер Уильямс, выходец из небогатой семьи, который в тот же день после обеда приехал вместе с друзьями на своём McLaughlin Buick 1923 года выпуска в местное кафе Wigwam Cafe на Первой авеню, чтобы закупиться любимыми шоколадными батончиками. Никто не сообщал в СМИ, что это лакомство за ночь подорожало на 60%, и поэтому обновлённый ценник на продукт шокировал подростков.

Продавцы пытались объяснить им причины такого роста цен, но они всё равно недоумевали. Уильямс всё прошлое лето работал на лесозаготовках, но почти все заработанные деньги потратил на покупку подержанного автомобиля, и тратить лишние центы на шоколад не хотел, как и все его друзья.

Для нас пятак имел некоторую покупательную способность. Мы могли купить на него мороженое, бутылку газировки или плитку шоколада.
Паркер Уильямс, зачинщик детского бунта весной 1947 года в Ледисмите

Почти все дети были выходцами из семей лесорубов, чей профсоюз особенно часто устраивал забастовки, и потому они решили взять пример с родителей. Вместо покупки дорогого шоколада подростки отправились домой к Уильямсу, где мелом расписали его автомобиль лозунгами и призывами отменить подорожание сладости. Затем они вернулись на площадку перед Wigwam Café и устроили митинг, призывая остальных посетителей бойкотировать покупку лакомства. Основным их лозунгом была кричалка «Не будь лохом!» (Don’t be a sucker!).

Карикатура тех лет
Карикатура тех лет

Постепенно к группе митингующих подростков присоединялись их сверстники, и вскоре все они пошли маршем по городу. Около 40 школьников следовали по улицам Ледисмита за автомобилем Уильямса и распевали лозунги против подорожания шоколада.

Мы хотим плитку шоколада за пять центов, восемь центов — это чертовски дорого! Мы хотим плитку шоколада за 5 центов, мы хотим плитку за 5 центов!
Кричалка детей во время митинга в Ледисмите в апреле 1947 года

Дети сделали пару проходов по улице, успев привлечь внимание прессы. Сообщения о подростковом «бунте» в Ледисмите распространялись при помощи национальной телеграфной службы и появились в крупных газетах Daily Colonist и Vancouver Sun. Пресса описала митингующих подростков, как смелых и отважных юношей и девушек, бросающих вызов государству и бизнесу, при этом выражая сомнения в честности производителей шоколада. Благодаря этому аналогичные бунты вскоре вспыхнули и в других городах провинции, а позже распространились и на всю Канаду.

Одним из символов протеста стало другое лакомство — мороженое. В отличие от шоколада, оно сохранило свою прежнюю цену в пять центов. Подростки начали массово скупать этот продукт и есть его во время митингов.

Наиболее серьёзная ситуация сложилась в Виктории, столице Британской Колумбии. 29 апреля 1947 года более 200 подростков ворвались в здание местной законодательной власти. Юные бунтовщики ловили любого взрослого, попадавшегося им на пути, будь то министр провинции, мелкий государственный служащий или посторонний посетитель, заводили его в угол и спрашивали, что он собирается делать с повышением цен на шоколад. В другом городе Британской Колумбии, Барнаби, дети устроили велосипедный марш, перекрыв Кингсвей — шоссе, соединяющие Барнаби с Ванкувером.

Детский митинг в Моррисберге
Детский митинг в Моррисберге

В Ванкувере молодёжь сделала чучела людей в натуральную величину и развесила их по рекламным щитам. На груди у каждого из них красовалась табличка с надписью: «Он купил шоколадный батончик за восемь центов». В Оттаве 60 подростков прошли десять кварталов от своей школы до Парламентского холма, неся в руках плакаты с надписями: «Шоколадные плитки за восемь центов — фу» и «Мы съедим червей, прежде чем съедим плитки шоколада по восемь центов». Они также подготовили петицию против роста цен на шоколад, подписанную 700 местными школьниками.

Ещё одну похожую петицию подписали подростки в Галифаксе. Но не удовлетворившись этим, они стали ходить по местным магазинам, чтобы лично выразить своё недовольство ценовой политикой. Подростки спрашивали у продавца стоимость шоколада и, услышав в ответ «Восемь центов», делали разочарованные выражения лиц и отправлялись в следующее заведение. В Реджайне школьники покинули классы и отказывались возвращаться, пока цена не вернётся к прежнему значению.

В одном из местных ресторанов подростки даже убедили владельца снизить цену на шоколадные батончики с восьми центов до шести. Но это был временный успех — вскоре владелец вновь вернул прежнюю цену, когда поставщик пригрозил ему вообще перестать завозить шоколад.

Неизвестный протест

29 апреля 1947 года 300 подростков в Эдмонтоне прошли маршем по Джаспер-авеню — одной из центральных улиц города. Их даже сопровождал полицейский эскорт на мотоциклах. Дети выкрикивали лозунги, останавливаясь перед каждой кондитерской, чтобы выразить недовольство новыми ценами.

1 мая 1947 года в Торонто более 500 учеников из трёх школ — Central Commerce, Harbord Collegiate и Central Technical School — прошли маршем по Блур-стрит, дойдя до парка Кристи Питс и выкрикивая лозунги против повышения цен. По дороге они рассовывали карточки со своими требованиями под дворники припаркованных вдоль улицы автомобилей.

Неизвестный протест

Канадские СМИ активно освещали детские протесты, и они становились всё более популярны. Постепенно известность стала приносить плоды — продажа шоколада по всей стране рухнула на 80%. В Виннипеге торговцы лакомством жаловались на то, что в отдельные дни они не продали ни одной плитки.

Отдельные розничные торговцы, тоже недовольные политикой властей, брали на себя расходы бунтовщиков. Когда подростки шли маршем через центр Уэйберна (провинция Саскачеван), одни продавцы бросали им пригоршни шоколадных батончиков, а другие вывешивали над своими магазинами объявления, что у них можно купить шоколад по старой цене. Сигарный магазин Tivoli в Виктории вывесил на своей витрине объявление, что только для детей у них действует скидка, и шоколадные батончики стоят шесть центов.

Выяснение мнения местных кондитерских помогло понять следующее мнение каждого владельца: «Восемь центов за плитку шоколада — это просто смешно! Нам почти стыдно принимать деньги, когда какой-то бедняга просит шоколад!».
Цитата из газеты Globe & Mail

Некоторые продавцы шоколада схитрили и выставили шоколадные плитки из-под стеклянных прилавков на столешницы, чтобы они были на виду у подростков. Многие участники митингов, не удержавшись, всё же покупали батончики по новой цене. Благодаря таким детям торговцы сладостями не уходили в убыток.

Постепенно молодёжь взбунтовалась не только против дорогих шоколадных батончиков. Старшеклассники в Виннипеге протестовали ещё и против цены в семь центов за газировку. Во время марша в Торонто молодёжь возмущалась против роста цен на мясо и масло, крича, что их родители не могут теперь позволить себе покупать эти продукты.

Медвежья услуга канадских коммунистов

Детский бунт поддержали и взрослые по всей Канаде, также несогласные с государственной финансовой политикой. В поддержку детей выступали Лига домохозяек-потребительниц Реджайны, Международная ассоциация машинистов и другие общественные организации страны. Канадский конгресс труда заявил, что подростковые бунты «полностью оправданы».

Поддержка пришла и из-за границы — от объединения горняков Соединённых Штатов, назвавших повышение цен «ужасной вещью». Неожиданную помощь подросткам оказали некоторые кондитерские в Торонто.

В конце апреля 1947 года подростковый бунт поддержала Национальная федерация трудовой молодёжи Канады — одно из влиятельнейших общественных движений страны, куда в конце 1940-х входило семь тысяч участников. Её исполнительный секретарь, член канадской компартии Норман Пеннер заявил, что сделает грядущий май месяцем бойкота шоколадных плиток. Федерация грозила устроить пикеты у каждой канадской кондитерской в конце месяца. Но бунт закончился намного раньше — третьего мая.

В этот день в редакцию консервативной газеты Toronto Telegram пришла анонимная телеграмма под названием «Красные оболванивают молодёжь в восьмицентовой кампании». В ней сообщалось, что Федерация трудовой молодёжи тесно связана с местной компартией, а многие её члены были убеждёнными коммунистами, якобы действующими по указке Советского Союза (так сказать, иноагенты, сбивающие октябрят с пути истинного и отвращающие их от духовных скреп, эта политтехнология борьбы с протестами возникла не вчера и не в России).

Для них подростковый митинг якобы был ещё одним способом заявить о своих политических предпочтениях, «разжечь любую рознь, поскольку это линия их партии... и завоевать доверие со стороны общественности и, по крайней мере, части забастовщиков и посеять семена марксизма». Следом за публикацией в Toronto Telegram, сославшейся на неназванный «самый надёжный источник», аналогичную статью под заголовком «Коммунисты устраивают забастовку из-за конфет, набирая для парада детей младшего возраста» выпустила другая канадская газета Financial Post.

Коммунистическим молодёжным организаторам дано указание использовать все возможные средства для развития и поощрения агитации шоколадных плиток… Плитки шоколада и мировая революция могут показаться противоположными полюсами, но для хитрого коммунистического ума между ними существует тесная связь. Они этого не осознают, но возмущённые студенты, выставляющие напоказ свои плакаты и требующие пятицентового шоколадного батончика, стали ещё одним инструментом в великой коммунистической стратегии создания хаоса.
Лори МакКечни ,репортёр газеты Toronto Telegram

И соучредитель Федерации трудовой молодёжи Билл Стюарт, и Паркер Уильямс с друзьями категорически опровергали связи между подростками и коммунистами, но их митингу всё-таки был нанесён непоправимый ущерб. Начиналась Холодная война между Западом и СССР, и к тому времени уровень антикоммунистической истерии в Канаде оказался слишком высок. Человека, подозреваемого в связях с компартией, могли уволить с работы, провести в его отношении расследование, от таких людей часто отворачивались друзья. Страх перед левыми политическими силами оказался сильнее желания вернуть прежнюю цену на шоколадные батончики.

Родители, опасаясь обвинений в связях с левыми политическими силами, заставляли детей бросить протест и вернуться к прежней жизни. Вместе со священниками и госслужащими они обзванивали молодёжные организации страны, требуя срочно прекратить поддержку подростковых бунтов. Все канадские газеты, ранее поддерживавшие юных протестующих, ополчились против них.

Трудно сказать, знали ли многие из участвовавших в этом детей, почему они больше не должны бастовать. Они не стремились к коммунистическому захвату страны. Они просто делали то, что, по их мнению, любой сделал бы в их ситуации. Цена выросла на то, что им нравится, и они хотели, чтобы люди знали, что им это не нравится. Сегодня канадцам приходится тратить два или три доллара, чтобы купить плитку шоколада. Может быть, если бы «Забастовка шоколадных батончиков» не стала жертвой «красной паники», охватившей страну после Второй мировой войны, я и все остальные могли бы позволить себе вкусное угощение чаще.
Нил Крамер, журналист

Комитет по молодёжной работе штата Виктория, сперва поддержавший «шоколадный бунт», 5 мая заявил, что больше не солидарен с митингующими. Ванкуверский молодёжный клуб Sat-Teen Club, чьи 2,500 участников поначалу тоже выступили на стороне мятежников, вскоре пошёл на попятную, отметив, что «мафиозные демонстрации и забастовки не соответствуют идеалам клуба». Бунт завершился, продлившись десять дней. Национальную федерацию трудовой молодёжи Канады распустили вскоре после скандала.

3 мая 1947 года большой марш в Торонто и других крупных городах отменили. Лишь несколько демонстрантов вышли на марш по всей стране. Больше всего подростков пришло на митинг в Виктории, но по сравнению с прежними демонстрациями протест оказался слишком малочисленным. Горстка подростков с плакатами прошла по центру города, послушно останавливаясь на перекрёстках, не мешая дорожному движению, а затем все разошлись по домам. Деморализованная молодёжь, сбитая с толку необоснованными обвинениями в связях с коммунистами, больше не хотела бунтовать.

Протест подавлен, ушастая мелочь покупает шоколад по новой цене
Протест подавлен, ушастая мелочь покупает шоколад по новой цене

Бесславное завершение мятежа заставило отреагировать даже самих производителей шоколада. Они старались объяснить как студентам, так и им взрослым заступникам, почему те неправы. Компания Rowntree выпустила в центральных канадских газетах письмо под заголовком: «Почему вы платите восемь центов за шоколадный батончик Rowntree», рассказав о росте закупочных цен на молоко, какао-бобы, сахар и остальные ингредиенты шоколада, а также на упаковку и удорожание рабочей силы, что в итоге и привело к увеличению производственных затрат на 165%.

Представитель другого шоколадного концерна, Moirs, выступил на радиостанции CBC, решительно поддержав подорожание шоколада. 7 мая 1947 года фирма Willards заказала в газете Toronto Daily Star рекламу, в которой дала информацию о том, что продавать батончики по пять центов, как раньше, больше нельзя.

Та самая социальная реклама
Та самая социальная реклама

Все производители шоколада обвиняли в повышении цен подорожание какао-бобов, вызванное заболеванием, поразившим насаждения какао в Западной Африке. Из-за этого производство какао-бобов упало сразу на 40%. В качестве примера они приводили США, где цена шоколадных батончиков достигала десяти центов. Через некоторое время шоколадные плитки в Канаде всё же подешевели на цент. Это стало единственным результатом подросткового бунта, охватившего всю страну.

По крайней мере, мы не сидели сложа руки и не допустили этого ужасного события. Мы признали, что у нас есть сила, чтобы выразить протест. Люди должны конструктивно и мирно протестовать против вещей, которые они не считают правильными.
Паркер Уильямс, зачинщик детского бунта весной 1947 года в Ледисмите
Источник.
Tags: Канада
Subscribe

Posts from This Journal “Канада” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments